Письмо XLV СВЕРХЧЕЛОВЕК

На главнуюАвторы и книгифорум rumagic.comНаша твиттер лентаСмОтРеТь ФиЛьМы о МаГиИОбмен линками
 




Письмо XLV

СВЕРХЧЕЛОВЕК

1 июня 1915

В одной из верхних сфер астрального мира - не в самой сфере чистого разума, но очень близко к ней - я встретил прошлой ночью человека, который прохаживался туда-сюда, опустив в раздумье голову.

- Что тебя тревожит, друг? - спросил я, приблизившись к нему.

Он прекратил свои беспокойные метания и посмотрел на меня.

- Кто ты? - спросил он равнодушно.

- Я - судья, - ответил я.

В его глазах показался интерес.

- Ты, должно быть, откликнулся на зов моей мысли, - сказал он, - потому что мне действительно нужен судья.

- Ты хочешь, чтобы я вынес о ком-то свое суждение? - спросил я, с трудом удерживаясь от улыбки после его странных слов.

- Да, я хочу, чтобы ты вынес свое суждение обо мне.

- И какое же преступление ты совершил?

- Я совершил - если, конечно, это - преступление, а об этом ты мне как раз и должен сказать - в общем, я виновен в том, что вел нацию к её собственной гибели.

- Изначально со злым умыслом? - поинтересовался я.

- Возможно и так, - ответил он, - но не в том смысле, в каком подразумеваешь это ты в своем вопросе. Я никогда не думал, что у них хватит духу поверить мне.

- Ты пробуждаешь мое любопытство, сказал я. - Кто это - "они"? - и в чем именно они не должны были тебе верить?

- Это немцы, - ответил он, - немцы, которых я презирал. И они поверили моей теории, что человек становится сверхчеловеком, если делает только то, что ему хочется.

- А отстающих забирает себе дьявол?

- Да, отстающих забирает дьявол.

Он вперил в меня свой угрюмый взгляд, а я ждал продолжения его слов.

- Что за народ эти немцы! - сказал он наконец. - Что бы они не делали, они берутся за дело слишком серьезно. Им нельзя доверять никаких великих истин.

- Похоже, что они действительно разобрали твое учение по косточкам, - согласился я.

- Я хотел сделать из них богов, - пожаловался он, - а вместо этого превратил их в дьяволов.

- Только Богу под силу творить богов, сказал я, - возможно, ты был слишком честолюбив.

- М-да! Возможно, я был слишком доверчив.

- Скрытность гораздо безопаснее, - подхватил я, - ты рассказал им слишком много.

- Или, может, слишком мало.

- Сколько это составило томов?

- Спроси об этом у библиотекарей. Только не иностранцев - те всё время составляют из них сборники, чтобы угодить читателям.

- А чем я могу тебе помочь? - спросил я.

- Рассуди меня.

- А почему ты сам себя и обвиняешь, и защищаешь?

- А кто еще может обвинять или защищать меня?

- Тогда начни с обвинения.

- Я совратил целый народ и привел его к катастрофе.

- Поясни подробнее.

- Я хотел излечить их от мягкотелости, следуя за мной с присущей им обстоятельностью, они могли бы стать полностью твердыми; ни сердца, ни внутренностей.

- Продолжай, - попросил я.

- Я проповедовал сверхчеловеческое. А они поступали как недо-люди.

- Пока что, - прервал его я, - ты обвиняешь только их, а не себя.

- Но как же я моту обвинять себя, не обвиняя их? - возразил он.

- Тогда и я попробую спуститься на ступеньку ниже и поговорить с тобой, как человек с человеком.

- Хорошо, что ты не сказал - как душа с душой.

- Ну, с меня достаточно и человека! Как я уже говорил, ты был слишком честолюбив.

- Да, слишком честолюбив для человека; я слишком устал от людей и слишком любил то, чем мог бы стать человек!

- Похоже, мы уже перешли к защите, сказал я.

- Из тебя еще не выветрился судейский дух, - проворчал он.

- Ты ведь сам просил меня быть твоим судьей.

- Да, это так.

- Мне жаль тебя, - сказал я.

Он улыбнулся снисходительно-грустной улыбкой.

- Похоже, у тебя есть и сердце и душа, - сделал вывод он.

- А ты слишком долго был один, - отозвался я, - ты растерял свое былое красноречие. Может, позволишь мне и обвинять, и защищать, и судить тебя? Ты сможешь прервать меня, когда захочешь.

- Хорошо, - согласился он.

- Ты был рожден под беспокойной звездой, - начал я. - Ты стремился следовать за героями; но они разочаровывали тебя тем, что были людьми. Тогда ты сделал своим героем себя, но это принесло тебе самое большое разочарование.

- Кажется, ты всё обо мне знаешь.

- В том и заключаются слава и позор твоего величия, что каждый знает о тебе всё.

- Я не согласен с этим! Всего обо мне вы не знаете.

- И чего же мы не знаем?

- Вы не знаете, как я любил человека!

- Но ты говорил о нем с презрением.

- Потому что он мог бы вырасти до сверхчеловека.

- О, да! Чтобы топить детей на "Лузитании", прорубать себе путь через Бельгию, растерять всех своих друзей и стать проклятьем для всей планеты!

Он поднял палец, останавливая меня.

- Ты говоришь сейчас не обо мне, а о немцах, - сказал он.

- Но они - единственные, кто довел твою философию до ее логического завершения.

- И поэтому ты смеешься надо мной?

- Я вовсе не смеюсь над тобой. Я только излагаю факты. Это ты посмеялся над ними и чуть было не привел их к гибели.

- Но я всего лишь проповедовал сверхчеловеческое.

- Настолько выше человека, что человек тебя просто не понял.

- Разве это моя вина?

- А чья же еще?

- Может быть - их?

- Ничего подобного. В тебе было слишком много ненависти. И ты научил их ненавидеть человека.

- Я учил их ненавидеть всё то, что ниже сверхчеловеческого.

- Но ведь и сам человек - ниже сверхчеловеческого. Значит, ты научил их ненавидеть самих себя.

- Но и каждый из них - тоже был ниже сверхчеловека!

- Зато теперь каждый попытался им стать. Ты научил их этому. Они вообразили себе, что уже стали сверхлюдьми, стали выше добра и зла. Ты учил химии малых детей, и они взорвали свою всемирную колыбель.

- Я только хотел, чтобы они знали.

- Но начинать следовало с азбуки.

- А что бы ты назвал азбукой сверхчеловеческого? - спросил он.

- "А" - это любовь, "Б" - смирение, "В" - истина.

- Но почему же тогда я не научил их ни любви, ни смирению, ни истине?

- Потому что ни любви, ни смирения, ни истины ты не знал.

- Я не знал любви?!

- Да, любви ты не знал.

- И я не знал смирения?!

- Твое высокомерие стало притчей во языцех.

- И я не знаю истины?!

- Тебе известна только половина истины, а половина истины - это еще не истина, так же как половина яблока - это еще не яблоко.

- Не хочешь ли ты сказать, что мое учение было ложным?

- И величайшей ложью в нем было то, что они могут превратиться в сверхлюдей, когда они еще не готовы к восприятию сверхчеловеческого.

- Но человек должен возвыситься!

- Человек должен возвыситься над самим собой, а не над другими. - ответил я. - Чувствуешь, в чем разница?

- Чему же мне следовало их учить?

- Тому, что сверхчеловеческое - это слуга человека, а не обидчик и не тиран.

- Но они бы не поняли.

- Не будь столь самоуверен. Ведь нашлись же немногие, которые поняли Сына Человеческого.

- А, ты о нем!

- Которого ты отверг.

- Но он учил людей быть рабами!

- Кто хочет быть большим между вами, да будет вам слугою; и кто хочет быть первым между вами, да будет всем рабом.

- Ну, если ты хочешь цитировать Писание ...

- Я цитирую Сверхчеловеческое.

- Значит, ты полагаешь ...

- Я полагаю, что ты отверг единственный хорошо известный пример своего собственного идеала.

- И ещё ты думаешь ...

- Да, я думаю, что ты сошел с ума, потому что слишком поздно понял, что твое учение ложно. Я думаю, что ты просто не нашел в себе достаточно мужества, чтобы опровергнуть свои собственные выводы и тем самым возвыситься над самим собой; возвыситься над собой и в самом деле стать Сверхчеловеком.

- Так ты думаешь, что я всё знал?

- Я знаю, что ты знал. Я знаю, что Он явился к тебе в видении, что ты сам понял, в чем была твоя ошибка, и что ты так и не смог принять свое новое понимание, потому что оно пришло к тебе слишком поздно.

- Ты знаешь слишком много, - сказал он.

- Ты просил меня быть твоим судьей, напомнил я ему.

- Но не палачом.

- Ты сам стал себе палачом и палачом своего народа.

- Моего народа! - презрительно процедил он.

- Я же говорил, что ты не знал любви! - напомнил я ему.

- И что ты мне теперь прикажешь делать?

- Возвращайся на землю и учи людей тому, как человек может превзойти самого себя. Возвращайся на Землю и учи людей следовать за Сыном плотника, отвергнуть которого ты их призывал. Вернись в Германию и опровергни самого себя.

- Как же я смогу вернуться?

- В другом теле, конечно же, в чистом и здоровом теле, чистоту которого тебе придется поддерживать.

- Что ты имеешь в виду?

- Ты сам прекрасно знаешь, что! Я ведь говорил тебе, что ты не знал Любви. Ты знал только привередливость, чванство и стремление произвести сенсацию.

- Ты задал мне трудную задачу, - сказал он.

- Вечность - штука долгая, - ответил я. И к тому же новой Германии потребуется твоё новое учение.

- Должен ли я благодарить тебя? - спросил он.

- Не обязательно. Это я благодарю тебя за то, что ты не опротестовал мой приговор.

- Доброй ночи, - сказал он.

- Доброй ночи, - повторил я. И душа Фридриха Ницше удалилась. Может быть, к вратам перерождения?


Письмо XLVI

ЗМИЙ-ИСКУСИТЕЛЬ

2 июня 1915

После нашего вчерашнего разговора, когда я рассказал вам об измученной душе, попросившей меня вынести свое суждение относительно учения, совратившего целую нацию, я вернулся во Францию к полям сражений (уж меня-то немцы не смогут пустить ко дну своими торпедами).

Двигаясь не спеша вдоль немецких позиций, я увидел высокую величественную форму, с головой укутанную в черное, - ту самую, что я описывал в одном из предыдущих писем.

На сей раз я поприветствовал его, не дожидаясь, когда он сделает это сам.

- Ну, как идут твои дела? - спросил я.

Он отбросил свое покрывало, и я увидел перед собой мрачное и величественное лицо, на котором глубоко запечатлелись раздумья и порок.

- Идут, как всегда, - ответил он. - А чем был занят ты?

- Этим вечером - писал для мира людей, - ответил я.

Он рассмеялся.

- Ты писал им о мире?

- На этот раз - нет. Я писал о своем разговоре с одной великой и беспокойной душой.

- Да, я знаю.

- Откуда ты знаешь? Ты подслушивал?

- У меня есть свой "телефон дальнего действия".

- Замечательная вещь - телефон, - заметил я. - Это ты инспирировал его изобретение?

- Я? О, нет! Я противодействовал его изобретению.

- Но почему?

- Это плохо, когда человек слишком много знает.

- Но когда человек, несмотря на все твои старания помешать ему, все-таки изобретает что-нибудь, ты ведь пытаешься обернуть эти изобретения против него самого, не так ли?

- Разумеется.

- Ты - очень интересный собеседник, сказал я. - А заинтересовал ли тебя мой разговор с душою Фридриха Ницше?

- Гораздо больше, чем ты можешь предполагать до тех пор, пока не узнаешь, почему он мне был так интересен.

- А ты объяснишь мне, почему?

- У меня нет причины держать это в секрете. Я откровенен с теми, кто способен видеть меня насквозь.

- А почему бы тебе не научить этому немцев?

- Это испортит мне всю игру. Я хочу уничтожить их после того, как они мне послужат, но если они все поймут, то станут настолько правдивыми, что своею искренностью обезоружат весь настроенный против них мир.

- Но и в своей жестокости они сейчас достаточно искренни, - сказал я.

- О, да! Но это совсем другое дело. А вот если бы они стали искренними в своем раскаянии, мир бы их простил.

- Ну, а что ты скажешь о Ницше? - спросил я.

- Только то, что вдохновлял его я.

- Ты неплохо потрудился.

- Я всегда очень серьезно отношусь ко всему, что делаю.

- Расскажи мне об этом подробнее, попросил я.

- Какого работника я мог бы приобрести, воскликнул он, - не реши ты примкнуть к силам добра!

- Но я и здесь оказался неплохим работником, - возразил я, - мне даже удалось расстроить кое-какие твои замыслы.

Он рассмеялся резким, отрывистым смехом.

- Не думай, что меня это очень беспокоит, - сказал он. - У меня еще много других возможностей. И если ты даже закроешь передо мною дверь, я всегда смогу пробраться через окно.

- А как тебе удалось приблизиться к Ницше?

- По-разному: то так, то иначе. Он закрывал дверь только перед человеком, а я, как видишь, всегда еще и Сверхчеловек.

- Да, я заметил это еще во время нашей первой встречи. Тот, кто выходит за рамки человеческого, должен сделать выбор между добром и злом.

- Нет смысла обманывать тебя, и я больше не буду пытаться это делать, - сказал он. Да, это я побудил Ницше к проповеди немцам идеи сверхчеловека. Потому что, вообразив себя сильными, они могли избрать только путь зла.

- И что тебе это дало?

Вместо ответа он задал мне встречный вопрос:

- Ты играл когда-нибудь в шахматы?

- Часто и во многих жизнях, - ответил я.

- И тебе нравилась эта игра?

- Очень.

- Ты играл на деньги?

- Нет.

- Что же в таком случае вызывало твой интерес?

- Что? Да сама игра.

- Вот именно, - сказал он. - И я отношусь к своей работе, как к игре. Когда я играю, я, конечно же, стараюсь выиграть. Но если и проигрываю, я все равно получаю удовольствие от самой игры.

- И ты играл с душой великого человека?

- Как кошка играет с мышкой. Я обнаружил в нем искренний дух, но одно уязвимое место в его голове и такое же - в сердце. С ним я справился без особого труда.

- Но как тебе удалось этого добиться?

- Обычным способом.

- То есть?

- Лестью.

- И он не почувствовал подвоха?

- Пришлось обрядить ворону в павлиньи перья. Ведь он - эстет.

- Значит, ты всегда расхваливаешь свой товар, когда пытаешься всучить кому-нибудь кота в мешке?

- Не всегда в этом есть необходимость. Только когда имеешь дело с такими, как ты.

- Да, - сказал я, - ко мне ты пытался подъехать с речами о мире. Но у меня слишком хорошее чутье.

- Да, те, Другие, тебя многому научили.

- А Ницше когда-нибудь видел тебя так же, как я сейчас?

- Он видел мое гордое лицо и трепетал, ощущая мою силу. Он проникался завистью и стремился стать таким же, как я. Знаешь, это очень забавно, когда эти смертные в своей гордыне искренне стремятся подражать мне!

- И ты учил его быть сверхчеловеком?

- Да, и я учил его презирать Того, кто на самом деле был Сверхчеловеком.

- Ты хочешь сказать, что сам ты в действительности не Сверхчеловек?

- Мой ум - выше человеческого уровня; но всё остальное - ближе к земному.

- Но ты всегда держишься с таким достоинством.

- О, у земли и у всего, что связано с землей тоже есть свое достоинство!

- Неужели этот немецкий философ так и не узнал, кто ты такой на самом деле?

- Узнал, но только в самом конце, когда было уже слишком поздно, чтобы суметь всё проделанное повернуть вспять.

- Значит, - воскликнул я, - в конце он все-таки увидел две формы сверхчеловеческого: тебя и Христа!

- Да, увидел. И то, что он увидел, свело его с ума.

- И тебя не мучает совесть из-за того, что ты делаешь?

- Совесть? А что это такое?

- Видишь ли, угрызения совести - это эмоция, которая возникает у людей, когда они чувствуют, что сотворили зло.

- Эмоция, которая возникает у людей, повторил он. - Но я ощущаю только те человеческие эмоции, которые доставляют мне чувственное наслаждение.

- Например...

- Ты и в самом деле чересчур любопытен и чересчур назойлив!

- Признаю, я - назойлив и любопытен, сказал я. Но мне это интересно: ты берешься за дело, длиною в целую жизнь - жизнь человека - только для того, чтобы превратить его в орудие достижения всего этого, - и я жестом показал на проходившую под нами линию фронта.

- Глаза его заблестели, и он ответил:

- Что такое жизнь человека по сравнению с величием всего этого? Можно трудиться тысячу лет и так и не добиться ничего, сравнимого с этим!

- Значит, тебе это нравится, вся эта бойня?

- Что за глупый вопрос! Это вознаграждает меня за все мои труды, это прославляет меня, возвышает меня. Вся эта кровавая резня дело моих рук и рук мне подобных.

- Неужели ты уже заранее планировал все это, когда подбивал одного человека совратить своими сочинениями нацию?

- Да. И для этого он был идеальным орудием. Никто другой не подходил лучше него для достижения нашей цели - амбициозный, неудовлетворенный, аристократичный, самонадеянный, никого не любящий - в самом широком смысле этого слова, способный на безрассудную страсть, и следовательно - на разочарование, и наконец, что тоже немаловажно, готовый воспринимать видения.

- В которых являлся ему ты?

- Да. Поначалу он видел меня во сне, восхищался мною и стремился мне подражать.

- А затем ты начал рассказывать ему о Сверхчеловеке?

- Да, используя при этом довольно старые аргументы: что женщин вообще не стоит принимать в расчет; что женская любовь мешает мужчине; что женщина порабощает мужчину, если он не поработит её сам; что Природа это дьявол, а не Великая Матерь, и потому её следует покорять всеми возможными способами; что человек возвышается до Сверхчеловеческого, когда отвергает всё, что может оказывать на него влияние, в том числе и Природу, и признаёт лишь то, что дает ему свободу, например: своё превосходство над другими существами, его власть над ними, его власть над своими собственными мыслями, власть над добром и злом, над истиной и ложью.

- Твоё учение - само по себе великолепное сочетание истины и лжи, - сказал я.

- Разумеется, - ответил он, - но чего ты хочешь? Одной только истиной этого никогда не удалось бы добиться.

И он указал своей длинной рукой на простиравшееся под нами поле битвы.

- А чему еще ты учил своего избранного ученика? - спросил я.

- Всему, чему он потом сам учил мир. Когда он удалил из своего сердца женский лик, я открыл счет, а он решил, что немного приблизился к Сверхчеловеку. Когда он начал раздуваться от гордости и чувства собственного превосходства, я записал в свой актив еще одно очко, а он подумал, что уже совсем близко подошел к Сверхчеловеку. Когда он читал Евангелие и смеялся про себя над смирением Сына Человеческого, я приписывал себе сразу два очка - одно против него, и еще одно против твоего Христа.

- Спасибо, - сказал я, - за то, что ты причислил меня к последователям распятого Христа. Тут ты не ошибся.

Не обращая внимания на это мое последнее замечание, он продолжал:

- Я поддерживал его стремление создать новый идеал вождя, нового Христа, Антихриста, сурового Немецкого Христа, который должен был покорить людей не любовью и состраданием, а твердостью и жестокостью. О, эту работу я проделал великолепно! Многие немцы установили этот мой идеал на место Сына Марии. Многие немцы поставили меня на место своего Солнечного Бога и назвали меня Сверхчеловеком, хотя у него и не хватило смелости прямо назвать меня Антихристом. Напротив, он приписал мои качества Христу и назвал нас обоих одним именем и, прикрываясь этим именем, хотел уничтожить всякую жалость и сострадание в себе самом и во всех других, хотел уничтожить любовь, потому что она мешала ему стать таким, как я. Это я научил его поклоняться кресту как символу жестокости, не самопожертвования во имя любви к человеку, а жертвы во имя себя.

Он замолчал, глядя на звезды, безмятежно сиявшие над нами.

- Мне кажется, - сказал я, - что ты и сам сознаешь превосходство Христа над Антихристом.

И вновь он не обратил внимания на моё замечание, но продолжил развивать свою собственную мысль.

- Какое интеллектуальное наслаждение мне доставляло это превращение христианской нации в эгоистичных чудовищ, жестоких ко всему, что им самым не принадлежит! Любого иноплеменника они должны были ненавидеть, презирать, использовать, высмеивать и оскорблять всеми возможными способами. Я учил их, что только таким образом они могут превратиться в сверхлюдей, преодолеть свою человеческую природу.

- Но для чего ты рассказываешь всё это мне? - спросил я. - Почему ты выкладываешь передо мной все свои карты, если знаешь, что мои - всё равно лучше?

Когда он повернулся ко мне, его глаза, казалось, были готовы испепелить меня.

- Потому что я завидую тебе, - сказал он.

- Что это - ещё один завуалированный выпад против меня и тех принципов, которых я придерживаюсь?

Мой мрачный собеседник вновь рассмеялся своим отрывистым, невеселым смехом.

- По правде говоря, нет, - сказал он. - Ты уже давно не интересуешь меня как противник.

- То есть...

- То есть - мне уже надоело играть в эту игру, по крайней мере сейчас. Да и души, которые мне удалось обмануть, уже устали от меня и от моего учения. Они уже видят перед собой новый свет - некоторые из них.

- Возможно, - сказал я, - они увидели свет Христа, истинного Сверхчеловека.

- Возможно, - согласился он.

- А ты сам видел когда-нибудь этот свет?

- Фу! - сказал он. - Неужели ты настолько самонадеян, что пытаешься обратить самого дьявола?

- Ну что ты, нет!

Вдруг он снова повернулся ко мне:

- Хочешь, чтобы я стал твоим учеником?

- Опять-таки, нет, - ответил я. - С этой просьбой тебе лучше всего обратиться к какой-нибудь доброй женщине. Ее тебе легче будет обмануть.

- Похоже, что тебе известны все мои трюки.

- Мой Учитель многое рассказал мне о таких как ты, и о ваших методах.

- Тогда мне остается только пожелать тебе приятного вечера, сказал он и растворился во тьме.

Мир, ради которого я пишу всё это, тебе я стараюсь сообщать то, что может вооружить тебя знаниями. Когда Сатана просит вас обратить его, берегитесь, чтобы он не обратил вас. Когда Сатана показывает вам Сверхчеловека, даже самого Христа, сперва убедитесь, что этот его Христос - не Антихрист; убедитесь в том, что Он полон сострадания, что Его сердце скорбит о горестях и несовершенствах мира, что Его терновый венец действительно свидетельствует о Его самопожертвовании ради человека, а не просто служит Ему украшением. Ибо Он сказал:

"По тому узнают все, что вы мои ученики, если будете иметь любовь между собою".

И еще:

"Берегитесь, чтобы кто-нибудь не прельстил вас. Ибо многие придут во имя мое, говоря: "Я - Христос", и многих прельстят, ... - ибо восстанут Лжехристы и лжепророки и дадут великие знамения и чудеса, чтобы прельстить, если возможно, и избранных".


Письмо XLLVII

НОВОЕ БРАТСТВО

9 июля 1915

Я хочу рассказать о новой Расе, приближающейся Расе. Мир сейчас вынашивает ребенка, и уже нынешнее поколение сможет удивленно заглянуть в чистые глаза младенца, который искупит грехи своих родителей.

Скрепите вашу веру со знаменем новой Расы, трудитесь ради нее, готовьте для нее одежды и будьте готовы к ее пришествию.

Вы уже поддерживаете связь с теми, кто поможет новой Расе встать на ноги, кто станет ее учителями и наставниками. Присоединяйтесь же и вы к Великому Делу, которое намечено для Америки в ближайшем будущем. Нет, вам вовсе не обязательно все время оставаться здесь; но и не следует уезжать надолго. Уезжайте и возвращайтесь, потому что из поездки вы можете привезти с собою новые впечатления и дух романтики Старого Света, чтобы развлечь и вдохновить ими Новый Свет.

Но всегда будьте лояльны ко всему новому.

В первозданной природе Америки заключена сила, которая может время от времени подзаряжать вас новой энергией. Эта дикая природа искупит и грехи американских городов. Жизнь в городах протекает слишком приземленно. Они забыли Бога. Но на открытом воздухе, под открытым небом пробудившаяся душа обретет способность воспринимать послания.

Отправьте своих детей на природу, чтобы они пили там воду незагрязненных источников. Вода, поступающая из водопровода, может освежить тело; но вода из горных источников освежает душу.

За покрывалом Природы прячется лицо Великой Матери, и хотя она не всегда улыбается, её глаза всегда полны мечтаний и загадок. Природа - не Дьявол. Напротив, Дьявол ведет с Природой вечную войну. Природа - это Изида, Мать. Не слушайте тех, кто богохульствует. Они путают Изиду с Тифоном. Именно Изида, Природа произведет на свет Гора. Вернитесь к Природе и просите послания у нее. Она ждет в тиши лесов, журчание ручейка - это ее шепот; когда листья шумят на деревьях от ветра, это шелестит ее платье. О, дети новой Расы, встречайте свою Мать, ибо она уже близко! На ее руках вы обретете покой, который восстановит ваши силы, а в ее глазах вы прочтете Любовь, чуждую всякого эгоизма, блаженство самопожертвования.

Слишком долго вы жили в городах, позабыв о вскормившей вас Матери. Слишком долго вы не чувствовали доброго магнетизма земли, передающегося при соприкосновении с нею босых ног. Слишком долго вы ходили по мертвым, каменным и совсем не магнетическим улицам, которые только забирали у вас энергию, ничего не давая взамен. Вернитесь же к лесам и ручьям. Прочтите свою судьбу, заглянув в глаза настоящих звезд, а не тех, что напечатаны на астрономических картах. У Юпитера есть для вас послание, которое он передаст, только встретившись с вами лицом к лицу. Есть свое послание и у нежной Венеры, и у беспокойного Марса. Ступайте же к ним, и в тиши горных вершин, наедине с Матерью-Природой они передадут вам свои знания.

Не стройте свой храм на базарной площади. Пусть приделы лесные станут вашим собором.

Возвращайтесь в город, когда вас принудит к этому необходимость, потому что всегда полезно знать противоположное. После базарной толкотни тишина собора кажется еще более глубокой.

Воздавайте почести, когда они заслужены, тем, кто вел детей к познанию тайн первозданной жизни. Вы, взрослые, те же дети, только ставшие немного повыше. Водите хороводы вокруг берез или вокруг костра. Я уже упомянул, когда писал вам о вашем парижском камине, который топили дровами, что дым от сгорающего дерева может навеять видения. Но что такое камин в Париже в сравнении с костром посреди леса? Да, я тоже был там той ночью, стоял немного в стороне от всей компании и наслаждался видом костра.

Мой привет Вождю!

Спасение Америки как раз и кроется в этом движении за возвращение к дикой природе. Движение! Вы вполне можете называть так этот процесс. Его пробудили силы самой земли; его вдохновляет дух расы; оно будет распространяться все дальше и дальше, охватывая все более широкий диапазон.

Тот, кто бросит камень на пути этого движения, сам же и споткнется об него. И того, кто привнесет в это движение сатанизм, самого поглотят демонические силы. И останется от него меньше, чем остается от дров после того, как догорит костер.

Пребывайте в мире. Мы стоим на страже, и вместе с нами души тысяч, десятков тысяч, миллионов коренных американцев, которые не могут обрести покой до тех пор, пока не передадут кому-нибудь пылающий факел тайн Природы, унаследованный ими от своих далеких предков.

Те, кто притеснял их и грабил, относились к ним с презрением; но их прощение искупит твои грехи, о, Америка новой Расы!

Известно ли вам, что многие из тех, кто обрели покой в "счастливой стране изобильных охотничьих угодий", сейчас возвращаются, чтобы снова переродиться в той стране, которую они некогда любили? Взгляните на выступающие скулы многих детей, посмотрите на их орлиные глаза и стройные, подтянутые фигуры.

О, Америка, в погоне за своей судьбой ты допустила однажды великую несправедливость! Да, это так. Постарайся же теперь искупить её. Пусть переродившиеся краснокожие детишки играют в диких лесах, научи их древнему кодексу чести и мужества, и тогда они рука об руку будут трудиться вместе с переродившимися душами, которые приходят теперь из Европы, рука об руку будут они идти вперед, связанные Братством Друзей Леса.

Мой привет Вождю!


Письмо XLVIII

СУРОВОЕ ИСПЫТАНИЕ

9 июля 1915

Я всё еще чувствую живейший интерес к той стране, где я появился на свет. Впереди её ждут тяжелые дни, и великая душа Авраама Линкольна как никогда близка в этот момент к кормилу государственной власти, потому что между миром и войной сейчас установилось равновесие, и каждый день может стать решающим.

Нельзя допустить, чтобы с этой страной случилась какая-нибудь непоправимая беда, ибо она - великий пионер расовой свободы. Как я уже говорил вам несколько месяцев назад, одна рука Америки угрожает другой, и обе они вместе угрожают всему телу.

Пусть же она сохраняет мир, насколько это возможно без ущерба для ее чести! Но если все же наступит этот черный день, то пусть она встретит его, гордо расправив свои плечи; и если к её внешним врагам при этом добавятся еще и враги внутренние, что ж - ей к этому не привыкать. Помню, кто-то однажды попросил, чтобы Бог уберег его от его друзей, а уж с врагами он смог бы справиться и сам.

Нынешнее спокойствие американских немцев таит в себе угрозу. Но если придет тот час, когда потребуются решительные действия, им всё же следует предложить вернуться в лоно их нынешней натурализации, а с теми, кто все-таки откажется, следует поступить сурово, вплоть до депортации. Есть еще одна страна, которая может принять их, чтобы переправить назад в Фатерлянд, некогда ими покинутый ради той свободы, которую они теперь оскорбили и предали.

Мир проходит сейчас через суровое испытание, и Сатана вместе со своими присными трудится не покладая рук. Наша задача - выстоять, хотя порою сохранять стойкость бывает очень нелегко.

Сохраняйте спокойствие и верьте в свою Родину, которая еще подарит жизнь новой Расе - синтезу разных рас.


Письмо XLIX

ЧЕРНАЯ МАГИЯ В АМЕРИКЕ

25 июля 1915

Теперь вы уже достаточно ясно представляете себе, какими методами пользуются силы Зла, чтобы помешать прогрессу, разрушить то, что создавалось веками, уничтожить тех, кто трудится ради будущего, и запугать тех, кто стремится расстроить их козни.

Заметьте, что ни один из этих методов нельзя назвать созидательным. Все они - разрушительные, ниспровергающие. Созидательные войны - изобретение ангелов, но эту войну созидательной никак не назовешь.

А теперь позвольте мне рассказать о некоторых вещах, от которых следует обезопасить себя нарождающейся в Америке новой Расе. В ней, как и везде, где активны силы прогресса, так же активны и силы оппозиции. Я уже достаточно написал о благотворных последствиях этого нового рождения; теперь же я хочу сделать несколько предупреждений и проанализировать некоторые влияния деструктивного характера.

В Америке всё больше набирает силу очень значительная группа людей, стремящихся установить свой контроль над природой желания и над волей других людей, дабы использовать их потом в своих корыстных целях. Эти люди не сосредоточены в каком-либо одном месте и не имеют единой организации, но создали множество мелких организаций, причем некоторые из них действуют совершенно автономно. Здесь, в астральном мире, на языке, который используем мы - труженики этого мира, такие организации именуются "группами".

Тех, кто платит им либо деньгами, либо службой, они обучают некоторым правилам, позволяющим контролировать свой собственный разум и разум других людей. Они предлагают многим рудименты астрального знания, приберегая более сложные принципы для ограниченного круга лиц. Некоторые из их учений - истинны, некоторые - ложны; но лишь немногие из них предлагают своим ученикам действительно работать над собой. А как сказал один Великий Учитель: каждый шаг в психическом развитии должен сопровождаться тремя шагами в развитии характера.

Я не стану называть имен тех, кто наиболее преступным образом обучает заклинаниям черной магии мужчин и женщин, абсолютно не готовых к восприятию подобного знания.

Достаточно того, что у читателя возникнет вполне естественный вопрос: А что же это такое - Черная магия? Кажется, я уже приводил ранее подобное определение, но почему бы нам не повторить его еще раз.

Черная магия есть попытка установить контроль над волей, или астральной природой, или разумом других людей при помощи средств, отличных от нормального физического, либо правомерного ментального воздействия в виде устной или письменной речи; будь это использование природных, либо искусственных элементалов, или же собственная ментальная или элементальная природа человека.

Черная магия может быть использована для достижения осознанного воздействия, или Черная магия может быть использована для осознанного причинения вреда; ее приверженцы зачастую используют субстанцию тела своей жертвы для установления симпатического контроля над ее астральной и эфирной природой.

Тем, кто считает шутки с подобными вещами остроумной и веселой забавой, я хочу сказать следующее: опасайтесь тех мужчин и тех женщин, которые стремятся с помощью нормальных или анормальных средств завладеть жизненно важными флюидами вашего тела, в особенности кровью.

Я не стану вдаваться в детали. Скажу лишь, что тем, кто прислушается к моим предостережениям, нет нужды меня благодарить; а те, кто пропустит их мимо ушей, пусть потом пеняют сами на себя.

Лично мне не доставляет никакого удовольствия вставать потом между силами зла и их жертвами. Поступая таким образом, я принимаю на себя всю ярость этих сил, с которыми потом борюсь по мере возможностей.

Но, пусть будет так! Я достаточно компетентен, чтобы иметь с ними дело. Я хочу лишь предупредить каждого, кто попытается уничтожить мною сделанное, или причинить вред тем, кто самоотверженно и с беззаветным мужеством помогает мне в моих попытках защитить свою собственную страну от дьявольских сил, уже захлестнувших Европу, - я хочу предупредить каждого заинтересованного в этом злого колдуна, что если он встанет у меня на пути, то пострадает от этого он сам, а не я.

Тот охранный круг, который я и стоящие за мною Учителя очертили вокруг наших помощников, силы зла могут пересечь только с большим риском для носителя этих сил.

Для этого нет нужды использовать черную магию. Мы никогда не пользуемся ею. Но мы знаем, как можно отвратить вредоносный поток от намеченной им жертвы и с сокрушительной силой обрушить его на самого же пославшего.

И ещё я хочу предупредить тех, кто в силу своего невежества или безответственности позволяет, чтобы дьявол использовал их как свое послушное орудие, с помощью которого он мог бы таскать для себя каштаны из огня, - вас обожжет огонь, а раскаленные дьявольские каштаны пристанут к вашим пальцам.

Но, эта тема неприятна даже мне самому, и я с удовольствием ее оставлю.

Я хотел бы, чтобы меня услышали те, кто плохо разбирается в этих вещах, а таковых большинство, даже среди тех, кто "изучал психизм".

Многие безвинные (или наполовину безвинные) души доходили до грани безумства под давлением дурных мыслей тех, кто волевым усилием направлял на них этот ментальный поток.

Таковым я могу посоветовать не ослаблять себя далее страхами, но укреплять свои силы молитвой.

Я уже говорил, что в каждом из вас есть бог, и есть дьявол. Обратитесь к богу, и он защитит вас от дьявола. Если бы внутри вас не сидел собственный дьявол, то и дьяволы других людей не могли бы причинить вам никакого вреда. Помните об этом.

Заставьте вашего дьявола служить вашему богу.

Если вы хотите использовать знаки и символы, то размышляйте во время медитаций о кресте Христа. Крест Христа - достаточно глубокий символ, чтобы медитировать над ним всю жизнь.

Не пользуйтесь Черной магией для самозащиты от той же Черной магии. Просите собственного бога, чтобы он направил зло назад, к его источнику.

Перед сном обезопасьте себя молитвой, обратитесь к своему богу с просьбой о защите. Иногда злые силы, будучи не в состоянии добраться до вас, пока вы бодрствуете, делают это, когда вы спите. Детская молитва "Пока я буду этой ночью сладко спать, прошу я Бога мою душу охранять" - сильнее заклинаний колдуна.

Ребячество, - говорите вы? Да, но я пишу сейчас для тех, кто еще ребенок во всех этих вопросах, будь им семь лет, или семьдесят.

Из всех стран на земле Америка менее всего осведомлена об опасностях Черной магии. Так что, оставайтесь детьми до тех пор, пока не приобретете приличествующее взрослым знание этих материй.

"Я - вне опасности, потому что хорошо во всем этом разбираюсь" - зачастую самодовольно повторяют те, кто уже почти попался в сети злых сил. Поистине, недостаток знания - величайшая из опасностей.

Если вам нужна дополнительная защита, дети мои, то постарайтесь сдерживать свои собственные дурные эмоции и недружелюбные страсти, берегитесь зависти и излишне критического отношения к другим. Дьяволов приносят волны гнева и возмущения.

Остерегайся искушений и помни, что юные души искушаются через свои недостатки, а души более великие - через свои добродетели.

Пусть не обманывают вас слова о том, что зла не существует. Зло существует, пока существует добро.

Лишь очень немногие из вас могут сказать о себе, что они уже стали "выше добра и зла", большинство же даже не имеет представления о том, что это такое. Но слова эти - могучее искушение для тщеславных душ.

Когда вы действительно станете выше добра и зла, вы уже не будете злословить о своих соседях, не будете завидовать их обаянию или их состоянию, не будете стараться использовать их в своих собственных целях, не будете бояться, что какой-нибудь злой человек причинит вам вред, не будете пытаться выдать свои недостатки за достоинства, и не станете обманывать самих себя относительно мотивов ваших действий.

Проверьте себя, дети мои. Поищите в себе недостатки. И если не найдете ни одного, то повесьте свою арфу на ближайшее дерево - ваш прогресс уже закончен.

Человек совершенствуется, когда признаёт свои недостатки, борется с ними и преодолевает их. И если вы - само совершенство, то этот мир - неподходящее место для вас.

Поистине, "выше добра и зла"!

Не судите, да не судимы будете. Но не пытайтесь заигрывать с дьяволом, чтобы доказать, что и его вы тоже не судите.

Да, все люди - ваши братья, даже очень плохие люди. Но вам следует заниматься прежде всего своими собственными недостатками, а об остальном пускай позаботится Бог.

Это касается, главным образом, вас, дорогие дети мира, ибо для меня - все гораздо проще в моем убежище, где я вознесен над вашими страстями.

Загрузить еще?
   
 





 

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста,
которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

  электронная библиотека © rumagic.com