Слово 1. О вступлении в иночество и о нестяжании : Преподобный старец Верховский читать книгу онлайн, читать бесплатно.

на главную страницу  Контакты  реклама, форум и чат rumagic.com  Лента новостей




страницы книги:
 0  1  3  6  9  12  15  18  20  21  22  24  27  30  33  36  39  42  45  48  51  54  57  60  63  66  69  72  75  78  81  84  87  90  93  96  99  102  104  105
»

вы читаете книгу

Слово 1. О вступлении в иночество и о нестяжании


Так как поступившему в житие иноческое и предав­шемуся в повиновение по правилам иноческим должно и жить, а не по подобию светских людей, — жизнь иноческая есть духовная, — то и подобает только о духовном богатств печься; духовное же богатство внутрь нас имеется по гла­су Господню: «Царствие Небесное внутрь вас есть» (Лк.17,21). И так, когда обретем неложное иноческое богатство, то есть восчувствуем в себе кротость, смиренномудрие, безгневие, терпение, милосердие, упование не на временное нечто, но на Бога живаго, радование внутреннее о Боге и веру непоколебимую, простосердечие, сострадание и любовь чистую ко всем и прочие плоды духовные, то­гда и сами светло познаем внутри нас наше богатство и духов­ное сокровище, и со извещением восчувствуем свое спасение.

Снискивается же такое богатство такими делами: отвержением мира и самого себя, то есть: своего нрава и своей воли, и всех своих пожеланий; потом совершенным повиновением и по силе труды: воздержанием, пощением, безмолвием, бдением, долу и на твердом лежанием, умаленным сном, продолжительным молением и поклонами, поучением Священного Писания, к тому же не малодушествовать, но претерпевать скуку и уныние, небрежение к себе, неумовение, жажду, голод и холод, рукоделие по силе и нестяжание, еще же бесчестия и уничижения любление. — Вот увидим, на какой труд и подвиг потребно себя издать; сего ради нужно такого отца обрести, который бы на такие подвиги своих учеников возбуждал и укреплял, и к такому очень полезно вседушно и неотторжно прилепиться и предать себя в повиновение. А ко­торый отец послабляет и попускает жить с самовластием, с своеумием и со своим имуществом и стяжанием, от такого полезнее уклониться, потому что такой отец до бесстрастия и чистоты довести не сможет.

Если же такой опаснонаблюдательный старец находится, но ученицы на предлагаемые от него советы не согласуются и с простосердечием, с сыновнею покорностью и любовью жи­ть не приемлют, от таких праведно старцу отречься и себя безмолвного жития не лишать. Таким лучше не предлагать никакого духовного рассуждения, потому что на множайшее послужит осуждение, если будут слышать доброе, полезное и бого­угодное, но не захотят последовать ему; но и старец не без вины останется, зачем говорил и предлагал слова спа­сительные к неслушающим и презирающим.

Сколь многое количество существуют духовных священных книг и поучений, и все это к тому только нас склоняет, чтобы слушали Бога и творили к благоугождению Его. Но если кто захочет сам собою последовать воли Божией и жить без управления и советов, то крайне опасно, и предприняв такое дерзостно и безнадежно, потому что нужно такому иметь большую осторожность, чтобы не вместо Бога своим страстям и прихотям служить и угождать будет. Поэтому повелевают свя­тые отцы предаваться в повиновение и тогда совершенно можно угож­дать Господу Богу, ибо живя в послушании, не может иное сотворить, но только что Богу угодно, потому что если всякое дело творит так, как отец повелевает, то это самое творит по воли Божией, и слушает Самого Господа, говорящего: «Слушаяй вас, Мене слушает, и отметаяйся вас, Мене отмета­ется» (Лк. 10, 16),

Послушание, именует святой Григорий Синаит, — нож, единою все язвы, то есть пороки и страсти, очищает. Ибо, открывши все свое тайное и страстное отцу своему по Богу, и по слову его творя и повинуясь и соблюдая себя, как сможет возобладать и господствовать какая-либо страсть порочная?

Многого порицания и осуждения от Бога повинен будет отец начальствующий, если попустит братии творить несоглас­ное правилам святых отцов, которые предались житию иноческому, да и сами ученики такого отца при смерти своей будут обвинять, что его небрежением лишились своего спасения.

Если же отец управляет по сходству завещания святых Отцов, но ученицы не последуют его руководству и его завещаниям, то старец не повинен будет, но сами они осудятся; ибо начальствующему отцу непременно так должно управлять, чтобы было сходно со святых отцов преданием, потому что того ради предаличь отцу, чтобы наставил их и вел ко спасению, то сам отец уже как корень имеет; если же корень гнил, то есть если сам отец не сообразно преданию правил святых управляет, то и ветви сухи будут, т.е. и ученики его не бу­дут благоуспешны.

Напротив же этому, если отец по Богу старается управить их спасительно и богоугодно, и ученики, предавшиеся ему в повиновение, соблюдут себя в терпении и в непрекословном послушании, то такие истинные послушники и прежде смерти :и по смерти будут благословлять и благодарить своего отца как споспешника и орудие их верного спасения.

Исследуй и рассмотри все Святое Писание и житие святых преподобных, но нигде не найдешь, чтобы в новоначалии вхо­дили в советы со своим отцом или держались своего рассуждения, но только вседушно повиновались и радовались, что имеют отца по Богу, управляющего ими. Да и почему не хотеть во всем в точности повиноваться, если истинною домогаются о своем спасении? Ибо все делаемое за послушание непременно есть свято и богоугодно, потому что отец за них истязан будет от Бога и суд примет. Напротив же сему, упорствующие и прекословные и ропотливые сами себя удаляют от совершенного спасения, и житие свое провождают не сообразно монашеству, [почто таковые и предаются в повиновение и в руководство, если хотят держаться своего рассуждения?] и отцу благословно и праведно отречься таких.

Не нарекут ли такого родителя безумным, который подрастающим уже детям не возбраняет и попускает грязью забавляться и домики на песке строить, а не понуждает и принуждает к делам благопотребным, нужным и полезным, свойственных их возрасту? То сколь более отец духовный восприемный безумнейшим окажется, более же отвержен будет от Самого Бога, если предавшимся ему о Господе в повиновение попустит о излишественных земных вещах печься или присваивать некое имущество, а не об одном духовном делании и преуспеянии печься.

Вступившим в иночество и предавшимся в повиновение и послушание должно в таком быть нестяжании, чтобы ни: иглы собственной не иметь, но как пищу, и одежду, и жилище, и всякое имущество своим не признавать, но как Божие общее почитать. Пищу употреблять по уставу, а о правиле и прочем беспрекословно повиноваться. Но хотя и на все такое склонны будут, несомненно веруя, что Бог так вразумляет и подвижет отца так ими управлять, но и тогда отцу не легко и не безбедно, и весьма нужно быть осторожным, чтобы предлагать им незаблудное, но спасительное наставление. И потому только отец может иметь надеяние на милость Божию, что помощью Его, что мнится ему самонаиполезнейшее, то заповедуете ученикам своим о Господе.

Но чтобы собственным своим нечто признавать или повелеваемые от отца дела прежде хотеть рассматривать и исследовать, хорошо ли заповедует отец или нет, такие зачем и предаются в повиновение, если на свое рассуждение возлагаются? Такие не могут быть истинными смиренными и кроткими послушниками, но более надзиратели и судьи отцу своему. Дозволено отцу отречься таких, ибо непокоряющихся безрассудно отцу своему и не согласующихся жить по положению иноческому и святые великие отцы отвергали и отдаляли от себя. Как же более мне, самому несовершенному и грешному, должно таких убегать и не соединяться духовным союзом, чтобы самому вместе с такими непокорными и самоумцами не наследовать бесконечного горя. И увы! Да и зачем там трудится, где не предвидится ни исправления, ни спасения?

Еще и потому опасно для отца принимать под руководство свое таких, которые не желают вседушно все терпеть Бога ради, потому что по времени может быть покажется им, что не хорошо отец управляет и повеления его тяжки; приведши их в нищету, то есть имения их расточивши, трудно будет успокоить их, когда начнут роптать и скорбеть на отца, а не покоряться воли Божией, веруя, что Сам Господь содействовал и вразумлял отца так управлять к пользе души их и спасению. Такого то ради несовершенства их и малодушия устрашаться и уклоняться от таких подобает, до тех пор пока не узрит отец ревности и го­рячности к высокому житию и совершенной к нему веры и извещения, что его руководством имеют несомненно спастись, ибо, если имели бы такую веру к отцу своему, то не прекосло­вили бы, но от единого слова творили бы все повелеваемое, и всякое свое имущество за сор почитали бы, отрицаясь от всего, отнюдь ничто своим не признавая и по своему мнению не творя, чрез что пришли бы во смиренномудрие и бесстрастие, ибо как такому возможно от насилия страстного побеждаться, который от всего отметается, и когда свою волю в чем-либо сотворить не хочет?

По слову святых отцов, такие только могут совершен­но иночествовать, которые живут, почитая себя странными и чуж­дыми от всего земного, и потому ничего собственного иметь не хотят, повиновение же ко отцу и чистоту совести более жизни своей хранят.

И потому, если которая из вас не вмещает до столько во всем повиноваться, что хотя бы все имущество повелел не только раздать, но и огнем сжечь и самой разлучиться от своих, даже свидания никогда с ними не иметь, ни даже с детьми, если бы которая и имела их; одним словом, если бы что и смертное и весьма трудное и неудобное казалось, и на все такое если с любовью безрассудно покориться не изволяет, такая да живет сама по себе, как хочет. Мне же, приявшему вас, если попустить что противное и несогласное с правилами я завещаниями святых отцов, то и вы не узрите своего спасения, и я осужден буду. Ибо тогда только бывает несомненное и верное спасение, когда от всего совершенно отрекшись и все свое предавши отцу своему по Богу и саму себя, с чистосердечным откровением в точности во всем повинуясь ему и сотворяя все по повелению его безрассудно, с покорностью и простодушием. Так повинуясь, если бы некое упущение или утрата во внешних вещах узрелась, но за послушание вечная мзда и венцы от Бога умножаются. Не во всем же слушая и по повелению отца в точности не сотворяя, то хотя утраты в видимых вещах и не будет, но неизвестное будет спасение.

Такое неповиновение происходит от трех вин: или от неверия, то есть не чтит и не уважает своего отца, но более вменяет его не богоугодным; или признает отца неразумным, самого же себя более сведущим; или от высокоумия и самомнения, т.е. надеясь на свой разум, не хочет творить по повелению отца. [Но исследуйте все Священное Писание и нигде не найдете похвалы за своеумие и сопротивление отцу сво­ему. И где только было от учеников непокорение и несогласие с отцом, там и житие иноческое богоугодное не составиться, но так коловратно (как в водовороте) о себе живя. Такая зачем и хочет, чтобы был ей наставником, если с самомнением и самовластием сво­им расстаться не хочет?] Ибо, предавшийся отцу в повиновение, если и в малейшем в чем пребудет, не слушая его в точности, то уже не на руках отеческих носится, и отец за такую не отвечает Богу. Без повиновения же и послушания может жить и без меня, старца грешного. Разве та­к думаешь спастись, чтобы и внешнего, то есть имущества своего, не утратить, и спасения не лишиться, но этого не возможно. Сам Господь сказал: «Так всякий из вас, кто не отрешится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником» (Лк.14, 33). Того ради все хотящие спастись первее всего отрекались всего своего имения. И самих себя, не щадя, предавали в истинное послушание и повиновение; другого же пути хотящим иночествовать не обретается.

Сами вы знаете и от Святого Писания поучаетесь, что соделавшись я отцом вашим духовным и управителем жиз­ни вашей, неминуемо должен довести вас до такой степени, чтобы отнюдь непрекословно повиновались от единого слова, по подобию Апостолов Господу, или пожившии при святых отцах в послушании и совершенном нестяжании [чтобы сво­им собственным отнюдь ничего не признавали]. Ибо если души ваша [и спасение] вверяете мне, то тем более тленное ваше имущество для пользы же вашей должны на меня возложить, отнюдь не истязая и не любопытствуя, как или куда употреблю его.

Чрез такое же добровольное ваше нестяжание и нищету Богу, помогающую вам, каждая, претерпевая и преуспевая в своем подвижничестве, сподобиться от благодати бесстрастия: то есть, земное и временное приобретая, не возвеселит вас, и даже не будете тужить, лишаясь оного. Но более уклоняться захотите от всего, чтобы беспрепятственно со свободою, т.е. с неразвлеченною мыслью в духовном делании упражняться.

Если же которая соблюдать себя осторожно не станет, но дерз­новенно начнет любопытствовать и истязать меня, куда упот­ребляю, или самохотно советы мне преподавать, то многими помыслы одержима и борима будет и отнюдь дара смиренномудрия не сподобится, и не сможет простодушно с верою проходить всякое послушание, но всегда будет испытывать, почему так, зачем это. А иногда некое заповедание мое не понравит­ся, и начнет обвинять меня и соблазняться; а от сего начнет и вера ко мне умаляться, и любовь угасать, и прочее изменится, и будет жить не как смиренномудрая послушница, но как судья и советница, и не узрит мира и покоя в душе своей. Все же это произрастает от корня диавольского презорства и возношения.

О том только должны вы все старание свое полагать, чтобы не расслабляться в спасительном предложении вашем, а не о тленных вещах печься. Должно вам несомненно верить, что на злое не употреблю имущества вашего, тем более помощью Божиею не сам обладаю им; а посему, отвергши все земное попечение, со свободою души будете упражняться в духовном делании, и все ваше попечение о том лишь полагать, чтобы не отпасть вечных благ и жизни нескончаемой.

Если все мы будем думать о имеющемся в общежитии нашем имуществе, и все захотим упражняться в тлен­ных вещах и попечениях, то чем окажемся не равными мирянам или прежнему нашему [в мире] жительству и где бу­дет исполнение иноческих обетов наших? То есть что вознерадеть и отречься всего тленного и временного и вседушно пе­чься о духовных подвигах, о богомыслии и соединении с Богом.

А поэтому и поставляется на это служение избранная на то сестра, да печется о всех нуждах в общежитии, чрез что всем воспоследует спасение, оной же будет награда [от Бога] за послушание ее, за исправление должности и упокоение сестер; а сестры свободою [своею] и духовными подвигами спасаться будут и за нее молить Господа. Чрез такое же отвержение своей воли и повиновение и устранение от всего и пренебрежение покажется истинное служение и любовь к Богу.

Это имейте себе во знамение духовного успеяния вашего: чем более будете иметь любви к Богу, теме более возлюбите все то, что Ему угодно; а Господу всего любезнее тот, кто, оставя мир, воспримет подражать Его нищете, Его послушанию, Его смирению и кротости.

Подумайте, не безумной ли окажется та, которая за обиду и несчастье почтет оставить и отвергнуть тленное имущество и восприять легкое и благое иго, нищету Иисуса Христа, чтобы свободно следовать за Ним; имея же сердце свое одержимо любоимением, страстями и похотьми, никогда не узрит такая свободы. Если же охотно пожертвуете своим имуществом [и своею свободою, то есть если оставя все] и самих себя преда­дите Бога ради в нерассудное повиновение, то тотчас обретете иное богатство, недоведомое миру, и иную свободу и наслаждение, миролюбцами не постигаемое, но без сравнения многоцен­нее сокровищ всего мира и самого земного царства, — обретете Самого Владыку, а с Ним нескончаемое царство и наслаждение, если вседушно последуете стопам Его, Который «смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной» (Флп.2,8). Его суть слова: «и где Я, там и слуга Мой будет» (Ин.12,26). И так, о возлюбленные Господом! Теките во след Его, оставя все земное попечение, послужите Ему в преподобии и правде, в любви не­лицемерной и истинном самоотвержении и послушании.

Всякая тварь подобное и свойственное себе любит, ищет и держится; если же уклонится к неподобному и не свойственно­му, то повреждается. Так и мы, если уклонимся от свойственного душам нашим, то есть вместо вечных небесных благ будем прилепляться к земному и тленному имуществу и наслаждению, то неминуемо пострадаем через беду душевную, лишимся вечного блаженства и Самого Бога и впадем в нескончаемые муки.

Если же вы вознамерились искать высочайшего и честнейшего, то есть Самого Бога, и самих себя принести Ему в жертву, то есть посвятить все житие свое ко благоугождению Его, то не малодушествуйте, оставляя тленное и ни что не значащее имущество ваше, которое неминуемо и неволею от вас отнимется смертью или иным неким случаем. И не захотите его ради отпасть чистого пред Богом служения и лицемерно в иночестве жить, мир обманывая и самих себя погубляя, — то есть по видимому показываясь подражать святым Апостолам, которые, оставя все, последовали за Господом, истинною же уподоб­лялся Анании и жене его Сапфире, которые, побеждаясь любоимением, утаили цену и не все повергли к ногам Апостолов, как сотворивши Варнава и последующее ему. Но Варнава почтен был первым от семидесяти апостолов. А Анания с женою поражены были.

Но если же вы, предавшиеся мне Господа ради, моим нерадением или послаблением поживете со имением веществолюбиво и страстно, а не духовно, в нестяжании и бесстрастии, то и вы, а преимущественно я осужден буду. Того ради, простите, не смею иное что сказать вам, но только что Сам Господь сказал Своим ученикам: если не отречетесь всего своего имущества, жены и чад, и души своей, и не возьмете креста своего, не мо­жет быть Его учениками (См.: Лк.14, 26-27,33). Так же и вы, если не отвергнете от себя всего земного пристрастия и не уготовите себя на всякое страдание Христа ради, то не можете быть ученицы Христовы. Но и я грешный (простите) без такого вашего обещания не могу вас принять.

Если же все имущество ваше предадите Богу и так с нестяжанишем воспримете жить, то хотя в чем либо как люди и погрешите пред Богом, но благодать Его не попустит вам погибнуть, ибо всякое преткновение и погрешность вашу бу­дете возвещать мне и возлагаться с верою на мою волю, и чрез то оправдаетесь пред Господом. Но и я грешный помощью Божиею (и с советом моего Старца) буду возвещать вам подо­бающее к достижению иноческого совершенства и несомненному спасении, чрез что вы, как истинные послушницы, отвергнув все земное и тленное, безбоязненно и свободно прейдете от вре­менной жизни к вечному блаженству, уготованному Господом возлюбившим и послужившим Ему богоугодно.

Но если принесется вам такое помышление: зачем так предаваться, можно и без отца спастись, и какая большая польза от такого подобно рабственному предания и повиновения? Послушайте святого Лествичника, который говорит: «Кто будет противоречить нам, когда утверждаем, что если корабль, имея искусного кормчего, не избежал крушения, то без кормчего он должен был совершенно погибнуть?» Так неудобно самому себя управляющему спастись. Святой же Каллист говорит, что не предавшиеся как чрез канавы скачут и много сеют, но увы! Вместо пшеницы плевелы пожинают. А святой Дорофей говорит: «Без наставника, как листья падают, а кто всего отвергается и предается в повиновение и послушание, такой делает подражание святым Апостолом, как же они, оставя все, последовали за Господом, во всем повинуясь Ему; уподоб­ляется и Самому Господу, Который послушлив был Отцу Своему даже до креста и смерти, а потому и невозможно, чтобы Христос такого не возлюбил и не помиловал, и не прославил, который подражая Ему, вся оставя, повинуется своему наставнику». Такой, по слову святого Лествичника, не печется отвечать Богу за себя, так как спросится отец о нем, ибо делает не свое, но что отец повелевает. Следовательно, отец за него и отвечать будет. А святой Григорий Синаит говорит: «Для разленившихся к исполнению заповедей и возжелавших изгнать мутное омрачение, нет лучшего и пригоднейшего врача, как нерассуждающее с верою во всем послушание. Оно есть живительное многосоставное врачевство добродетелей для тех, кои пьют его, и нож, за раз очищающий язвины ран. Предпочетший в вере и простоте действовать сим ножом, паче всех других, за раз отсек все страсти, и в безмолвие не только доспел, но чрез послушание и совершил его вполне, обретши Христа, и подражателем Его и рабом сделавшись, и именуясь». И еще же он говорит: «Малая и великая (длинная и короткая) лествица послушническая имеет пять степеней, возводящих к совершенству: первая отречение (от мира), вторая – подчинение (вступление в обитель с обетом исполнять уставы монашеские), третья – послушание (подчинение на деле, в жизни), четвертая – смирение, пятая – любовь, которая есть Бог. – Отречение от ада возводит лежащего и порабощенного освобождать от вещества. Подчинение обретает Христа и Ему служит, по слову Его: «Кто Мне служит, Мне да последует; и где Я, там и слуга Мой будет» (Ин. 12, 26). Христос же где? – На небесах, сидит одесную Отца. Там должно быть и служащему, где Тот, Кому он служит: сие да помнит полагающий ногу на первую ступень восхождения по указанной лествице. Послушание, действуя всецело по заповедям, устрояет лествицу из разных добродетелей, и их, как восхождения, располагает в душе. Высокотворное смирение, приняв послушливого с такой лествицы возводит его горе к небесам, предает царице добродетелей – любви, и ко Христу подводя, представляет Ему. Так пол короткой лествице удобно восходить на небеса послушливый». И далее его же: «в царские божественные чертоги нет другого кратчайшего пути восхождения малою лествицей добродетелей, как умерщвление пяти противных послушанию страстей, именно: преслушания, прекословия, самоугодия, оправдания и пагубного высокого о себе мнения. Это суть члены и части непокоривого беса, поглощающего лживых послушников и отсылающего их в бездну к змию: преслушание – уста ада, прекословие – язык его, яко меч острый, самоугодие – зубы его изощренные. оправдание – гортань его, высокое о себе, препровождающее в ад, мнение – отрыгание всепоглощающего чрева его. Но кто препобеждает первое послушанием, тот и прочее за раз отсекает, и на небеса быстро востекает одной степенью. Чудо же, воистину непостижимое и неизреченное, сотворил наш человеколюбивый Господь, что одной добродетелью, или лучше одной заповедью можно немедленно восходить на небеса, как одним преслушанием низошли мы и нисходим в ад» (Добротолюбие, т.5).

Самовластно живущие, покажетесь не только не угождающими Богу, но и сопротивляющимися Его воли, ибо по благоволению Его, и на Небеси и на земли меньшие большему повинуются, и Сам Господь образ оставил нам Своего послушания. Если же скажете, что поэтому и мирской власти повинуясь, будет спасение? Будет, конечно, спасение, если только не противно закону и правилам Святой Церкви будет повиновение.

Если скажете: так зачем идти в иночество? Ответ: того ради, чтобы приближнее к Богу поживете, не имея попечения о земном, но весь ум и все свое старание вперяя к небесным. Если же не так поживете, то всуе будет исшествие ваше из мира. Посему то и нужно предаться в окормление такому отцу, который искоренил бы все ваши страсти и прихотные пожелания, разрушил бы и пресекал сплетение ума вашего земными вещами и охранял бы вас от всякого диавольского пленения и обладания. Если же страстному вождю себя вручите, то, по слову святых отцов, не Евангельскому, но диавольскому научитесь житию, ибо слепец слепца водя, «оба в яму упадут» (Мф.15,14). Но прилепитесь к боящемуся Бога, тот и вас научит бояться Бога.

Если поживете так со смирением, терпя Господа ради, то поистине причтены будете к спасаемым, и помалу привыкши к отсечению своей воли, прочее без понуждения сами так возжелаете жить, и мне вас таких, склонных к повиновению, оставить будет непростительно. И Бог будет вами прославляться, и прочие многие, увидя вас столь любомудренно живущих, возбудятся и возжелают сами иноческого жития. То как Господь Бог наш не будет нами, рабами Его, славиться? И как Он всеблагий не подаст нам большие силы благодати Своей, чтобы пришедшая к нам сестра, хотя была бы страстнейшая, но, видя вас так хорошо, смиренномудренно, любовно живущих, кротко и безрассудно повинующихся, и меня, не послабляющего и не попускающего вам уклоняться в самомнение или своеволие, то и она должна будет так жить, подражая вам и терпя отсечение своей воли и всех своих прихотных пожеланий. И так пришедшая к вам, хотя самая порочнейшая и страстнейшая, сожительствуя с вами и усмотревшая ваше по Богу подвижничество, соделается и сама, как Ангел Божий, чистая и непорочная.

Того ради и желаю, при помощи Божией, вас первоначальных управлять неослабно, чтобы и прочии, вступающие в ваше единение и сообщество, подражая вам, были бы так же под­вижницы и приходили бы в безстрастие. если же вам попущу некие слабости и прихоти, то и другим возбранить будет не возможно, и тогда устроится не монашеское богоугодное общежитие, но некое сборище бесчинных и своевольных. Но до се­го не допусти мне, Господи! Лучше хочу умереть, нежели завести вами житие, противное Богу и святым правилам, преданным Его угодниками для желающих иночествовать.

Для того то Господь и попустил разным житиям быть, чтобы не могущий и не желающий иночествовать в мирской и суп­ружеской жизни работали Ему и благоугождали различными добродетелями, а усерднейшие пусть вступают в иночество. Совершеннейшие же да вдаются на жесточайшие подвиги или ко­нечное безмолвие.

Того ради и снова говорю, что не попущу никаких прихотей и самочиний, и не попущу вам приять в ваше общежитие самых ближайших родственниц, которые не от всей души желают подражать вам, или юности ради не могут, и не понимают, сколь осторожно должно жить в иночестве. Ибо хочу при помощи Божией завести вами монашеское общежитие, а не бо­гадельню, но и боюсь осуждения от Бога, если для неусердствующих и немогущих нарушу предания святых отцов и ос­тавлю мое безмолвное житие.

Таких миролюбивых и пристрастных к житейскому за ближних и единодушных признавать не должно, и даже не печься о них, хотя были бы и родственницы по плоти. Ибо они еще живы, а вы умерли миру: они части мирской, а вы духовной. С таким можно только поговорить, наставить и, не удерживая ни­мало, отпускать, ибо не волящие и Богу не угодны. Все такие еще не увидели себя и не печалятся о грехах своих, если хотят жить своевольно и отрадно: еще не возлюбили духовное и чистое житие и целомудренное, если любят беседы и свидания с мирскими. Таким, простите, жить с вами отнюдь не смею попустить, ибо вы сами при конце жизни вашей станете укорять и обвинять меня, если я не буду ныне осторожно охранять вас от всяких вин и вещей соблазнительных, привлекательных на слабость и падение.

Которые истинно желают жить вместе с вами, не должны ни в чем сопротивляться, но покоряться во всем и согласовывать в точности по моему завещанию. Если же захотите принимать родственниц ваших, которые не могут или не желают подобно вам терпеть, то как может быть между вами мир и согласие в жизни? Ибо каждая о своем станет печься и делать различные послабления и снисхождения, а чрез то неминуемо станете упрекать одна другую, и разрушится между вами духовное единодушие. Но и они, малолетние и слабые, друг друга упрекая, не смогут навыкнуть воздержания и терпения. Сего ради и должно таким позволить только посещать вас, чтобы они, наслушавшись ваших советов и наставлений и примечая житие ваше, могли бы прежде по домам своим приобучать себя и готовиться к житию иноческому, и тогда уже последовать вам и соединиться с вами.

Такое ваше повиновение и послушание сподобит вас быть подражательницами Господу, Который послушал Отца Своего даже до смерти крестной. И Он, Господь наш, по благости Своей, за это рабство ваше, любви Его ради, подаст вам благодать Свою господствовать над страстями греховными и похотями богопротивными и чтобы могли вы презреть все прельщающее в мире этом. Единым словом, уподобитесь прежним древним святым матерям, и в новой Евангельской благодати просиявшим. Если же не захотите от всего отречься и предать себя в повиновение, то подобны будете им, о них же мы в неизвестии, если угодили Богу или нет. То не блаженнее ли по известному и надежному пути управлять себя, нежели пускаться в неизвестный и опасный? Ибо о предавшихся в повиновение единогласно святые все отцы извествуют, что незаблудным путем идут ко Господу, и именуют таких, в послушании терпящих, исповедниками.

Рассудите сами и помыслите: неужели мне желательно есть над вами начальствовать и возобладать вашим имуществом, не спокойнее ли для меня остаться в моем любимом безмолвии? И что нужно для меня единого? Всякой христолюбец содействием и внушением Божиим не оставит мене грешного, как и до этого было, благодатью Божией. Следовательно, не убеждая и не привлекая вас к себе, но только боюсь Бога и от любви моей по Богу, советую вам идти оным путем, им же повелевают святые отцы вступающим в жизнь иноческую, чтобы сподобиться и вам быть последователями святых Апостолов и причтенными к лику учеников Христовых! Господь же, вас ради, не переменит Своего определения, то есть не причтет вас к учеником Своим, если не отречетесь всего и не последуете Ему.

Не ужасайтесь, о возлюбленные, слышавшие такие от меня предания и подобнорабское повиновение. Ибо такое ваше по Богу предание и повиновение мне первее при помощи Божией преклонит быть вашим рабом и служителем в должном для вашего пребывания и спасения.




Содержание:
 0  Творения : Преподобный старец Верховский  1  Житие монаха и пустынножителя Василиска... : Преподобный старец Верховский
 3  Повествование о действиях сердечной молитвы... : Преподобный старец Верховский  6  j6.html
 9  О смиренномудрии : Преподобный старец Верховский  12  О смиренномудрии : Преподобный старец Верховский
 15  Письмо к отцу Павлу : Преподобный старец Верховский  18  Письмо к отцу Павлу : Преподобный старец Верховский
 20  j20.html  21  вы читаете: Слово 1. О вступлении в иночество и о нестяжании : Преподобный старец Верховский
 22  Слово 2. О первоначальном иноческом основании : Преподобный старец Верховский  24  Слово 4. О различных свойствах послушания : Преподобный старец Верховский
 27  Слово 7. Об иноках равноангельных : Преподобный старец Верховский  30  Слово 10. О наставниках : Преподобный старец Верховский
 33  j33.html  36  Слово 17. К наставникам и ученикам : Преподобный старец Верховский
 39  Слово 20. О диавольском борении и вспомоществовании Божией благодати : Преподобный старец Верховский  42  j42.html
 45  Слово 26. Об откровении чужих грехов и о наказании : Преподобный старец Верховский  48  Слово 31. Об оставлении и неоставлении братства : Преподобный старец Верховский
 51  Слово 34. О преуспевающих и могущих все терпеть : Преподобный старец Верховский  54  Слово 37. О непослушании в маловажных делах : Преподобный старец Верховский
 57  j57.html  60  Слово 43. К спящим на чтении поучения : Преподобный старец Верховский
 63  Предисловие к возлюбленным сестрам : Преподобный старец Верховский  66  Слово 3. О смирении и послушании : Преподобный старец Верховский
 69  Слово 6. Об иноках, подобящихся диаволу : Преподобный старец Верховский  72  Слово 9. К развращенному послушнику : Преподобный старец Верховский
 75  Слово 12. О невнимании к порокам отца : Преподобный старец Верховский  78  Слово 16. Чтобы не изнемогать в служении для приходящих : Преподобный старец Верховский
 81  Слово 19. О подвиге и творении легких дел : Преподобный старец Верховский  84  Слово 22. К престарелым побуждение к подвигам иноческим : Преподобный старец Верховский
 87  j87.html  90  Слово 30. О лгущих против своего спасения : Преподобный старец Верховский
 93  Слово 33. Об истинном и прельщенном послушании : Преподобный старец Верховский  96  Слово 36. О безмолвии и удалении от братства и общежития : Преподобный старец Верховский
 99  Слово 39. О презорстве и гордыне : Преподобный старец Верховский  102  Слово 42. К не хотящему слушать написанного поучения : Преподобный старец Верховский
 104  j104.html  105  Слово 45. Об оставлении иночества, духовного отца и братства : Преподобный старец Верховский
 
Разделы
 

Поиск

электронная библиотека © rumagic.com