Виола Ф. Переосмысление церкви : Френк Виола читать книгу онлайн, читать бесплатно.

на главную страницу  Контакты  реклама, форум и чат rumagic.com  Лента новостей




страницы книги:
 0
»

вы читаете книгу

Переосмысление церкви

Френк Виола

Содержание

Предисловие ………………………………………………………………………… 2

Введение: по пути переосмысления Церкви ……………………………………… 5

Часть 1: сообщества и собрания

1. Переосмысливая церковь как организм ………………………………………. 13

2. Переосмысливая церковные собрания ………………………………………… 26

3. Переосмысливая Вечерю Господню …………………………………………… 41

4. Переосмысливая место встречи ……………………………………………….. 47

5. Переосмысливая Божью Семью ………………………………………………... 56

6. Переосмысливая Единство Церкви …………………………………………… 69

7. Практика церкви и Божий вечный замысел ………………………………….. 81

Часть 2: руководство и подотчётность

8. Переосмысливая руководство ………………………………………………… 91

9. Переосмысливая опеку ………………………………………………………… 100

10. Переосмысливая принятие решений ……………………………………………115

11. Переосмысливая духовное покровительство …………………………………. 123

12. Переосмысливая власть и подчинение ……………………………………….. 127

13. Переосмысливая деноминационное покровительство ………………………. 141

14. Переосмысливая апостольское предание ………………………………………149

15. Куда теперь? …………………………………………………………………….. 158

Приложения: Возражения и отзывы о руководстве ……………………………… 175

Предисловие

Спустя тринадцать лет моих посещений всевозможного рода церквей и парацерковных организаций я предпринял отчаянный шаг и оставил учрежденческую церковь. Это было в 1988 году. С тех пор, я так никогда и не вернулся к учрежденческому христианству. Вместо этого я стал участвовать в жизни церквей, которые для себя называю «органическими церквами».

Почему я оставил учрежденческую церковь? Для начала скажу, что мне до боли наскучили воскресные церковные богослужения. И это касалось всех церквей, независимо от их деноминации (или же не принадлежности к деноминациям), которые я посещал. Я также видел крайне мало духовного преображения в жизнях тех людей, которые посещали эти богослужения. К тому же духовный рост, который я переживал, как мне казалось, происходил вне стен традиционной церкви.

Вдобавок ко всему, что-то глубоко внутри меня тяготело к тому опыту церкви, который бы соответствовал тому, о чём я читал в Новом Завете. И я, казалось, не мог найти этого ни в одной из традиционных церквей, которые бы ни посещал. На самом деле, чем больше я читал Библию, тем сильнее крепло моё убеждение в том, что современная церковь далеко отошла от своих библейских корней. В результате всего этого, я попросту распрощался с учрежденческим христианством и стал встречаться с группой христиан в органичной атмосфере.

После того, как я сделал этот шаг, мои друзья и знакомые зачастую спрашивали меня: «В какую церковь ты ходишь?» Дать ответ на такой вопрос для меня всегда было заданием, похожим на прохождение теста на странность. «Я принадлежу церкви, у которой нет пастора и, собственно, здания; наши встречи во многом похожи на встречи первых христиан, и мы поглощены следованием за Иисусом», - таким был мой стандартный ответ. Но как только я заканчивал произносить эти слова, у спросившего меня человека на лице запечатлевалась такая гримаса, как будь-то я только что на его глазах с Луны свалился!

Мне и сегодня задают вопрос: «И в какую же церковь ты ходишь?» С тех пор, однако, у меня выработался навык лучше формулировать свой ответ, нежели это было 20 лет назад (хотя, должен признаться, что ответ мой и по сей день выглядит неуклюжим и далёким от совершенства).

Именно в этом и заключается цель данной книги: сформулировать библейский, духовный, богословский и практический ответ на вопрос о том, существует ли настоящий жизненный способ практики церкви помимо опыта учрежденческой церкви, а в случае, если он всё-таки есть, объяснить, как всё это выглядит.

Прошедшие двадцать лет меня многому научили, и уж будьте уверены, я понимаю, что эта книга вызовет два основных отклика. Отзывы одних будут звучать приблизительно так: «Слава Богу! Всё-таки я не сошел с ума. Я уже начал думать, что у меня едет крыша... Я рад, что есть ещё в мире люди, которые мыслят о церкви, так же как и я. Эта книга помогла облечь в слова те чувства и убеждения, которые сидели во мне все эти годы. Всё это даёт мне надежду на то, что где-то существует церковь, по виду, ощущениям и практике отличающаяся от общепринятых и общеизвестных норм».

Отзывы же других, возможно, будут похожими на что-то в роде: «Да как ты посмел посягнуть на то, что практикуют наши церкви! Бог любит церковь. Кто дал тебе право критиковать её!? И какое ты имеешь право называть свои методы церковной практики единственно правильными»!?

Признаюсь сразу, я не достиг непогрешимости в своих воззрениях. Я всё ещё расту и учусь. Однако, суть этого возражения заключается именно в том, что оно вскрывает перед нами именно ту проблему, на рассмотрение которой, направлена эта книга. А именно проблему того, что христиане, в большинстве своём, крайне запутаны в вопросе того, что же такое церковь. Я ни в коем случае не намерен критиковать церковь. На самом деле, я пишу эту книгу, поскольку сам очень люблю церковь. И именно из-за этой великой любви я хочу видеть, как Тело Христово живёт и действует в тех проявлениях, которые Бог изначально для него установил.

По этой причине не стоит путать церковь с организацией, деноминацией, движением, или же управляющей структурой. Церковь - это люди Божьи, это невеста Самого Иисуса Христа. И, как я буду в дальнейшем говорить об этом в этой книге, Бог не скрыл от нас, то как естественным образом выражается и действует церковь на земле. Именно по этой причине я ищу возможности дать новое определение существующей практике церкви, а не самой церкви. Вдобавок к этому должен сказать, что никогда не стану заявлять о том, что есть лишь один единственно «верный» путь практики жизни церкви. И уж точно не могу сказать, что именно его я и нашел. Эта книга позволяет окинуть церковь свежим взглядом и по-новому представить то, какой она может быть, не теряя при этом согласованности и гармонии с учением Иисуса и Апостолов. Лично же я, равно как и множество других верующих, нахожу эти пути и взгляды отражением глубочайших желаний христианской души.

Этой книге предшествуют два других издания. Первое вышло под названием «Нерассказанная история новозаветной Церкви». В «Нерассказанной истории» я излагаю сказание об истории церкви первого века в хронологическом порядке. Книга Деяний и Послания Апостолов перемежевываются друг с другом создавая непрерывную повесть о жизни ранней церкви. Книга «Переосмысление Церкви» основывается на этой, собранной воедино истории. Единственное различие заключается лишь в том, что эта книга берёт отрывки этого замечательного повествования и рассматривает их в отдельных конкретных категориях. Вместе, обе эти книги рисуют перед нами удивительную картину жизни и действия новозаветной Церкви.

Вторая книга, вышедшая под названием «Языческое христианство», основываясь на исторических фактах, раскрывает нам процесс того, как современная церковь шаг за шагом отходила от своих исконных корней. Церковь, в том виде, в котором она предстоит перед нами сегодня, эволюционировала (или же, правильнее сказать, развилась) из живого, дышащего, жизненного органического выражения Иисуса Христа в управляемую, иерархическую организацию, основополагающая структура которой в большой мере напоминает нам организационный характер древней Римской империи. Признаться честно, большинство церквей сегодня всё ещё придерживаются подобной структуры.

Эта книга делится на две части. Первая часть озаглавлена «Сообщество и собрания». Здесь я размышляю над тем, как ранняя церковь жила и как она встречалась. После чего я сравниваю и провожу параллель, и нахожу отличие от той практики, которая существует в современной церкви.

Вторая часть книги озаглавлена «Руководство и подотчетность». В ней я выношу на наше рассмотрение свежую модель понимания руководства, власти и подотчётности. Эта модель идёт в разрез с любой культурой, и при этом своими корнями уходит глубоко в принципы Библии. Также эта модель чрезвычайно практична. Мне представилась возможность наблюдать за тем, как она работает на протяжении вот уже двадцати лет. Я также уделил некоторое внимание самым распространенным вопросам и возражениям и постарался дать ответ на них в Приложениях к этой книге.

Хочу заметить, что при написании этой книги, прежде всего, моим стремлением было созидание, а не поиск противоречий. Тем не менее, в связи с тем, что так много представленных мною идей столь радикально отличаются от традиционного понимания рассматриваемых вопросов, не исключено, что они вызовут удивление, а в некоторых случаях и недоверие.

Очень надеюсь на то, что вы пройдёте со мной весь путь размышлений и уделите внимание каждому предоставленному здесь аргументу, рассматривая их через призму Писаний, в согласии с собственной совестью. Моё же отношение ко всему изложенному, пожалуй, наилучшим образом выразит цитата Клайва Льюиса:

«Прошу воспринимать меня как пациента, находящегося вместе с вами на лечении в одной больнице, разве что, волею судьбы попавшего сюда несколько ранее вас, и способного дать вам парочку стоящих советов».

Всем своим сердцем я желаю видеть, как Божий народ освобождается от тирании статус-кво и порабощающих иерархических структур руководства. Хочу же я всего этого по одной причине - чтобы Христос в Своей Церкви вновь обрёл Своё центральное и верховное место.

Франк Виола

 Геинзвиль, штат Флорида

 Октябрь 2007

Введение

На пути переосмысления Церкви

Мы живём в век, безнадёжно отпавший от новозаветных примеров, довольствуясь нашей милой скромной религией.

- Мартин Ллойд-Джонс

Большинство людей исповедующих христианство не осознают, что центральные идеи концепции и практика связанные с тем, что мы называем «церковью», не основаны на Новом Завете, но в принципе своём были установлены в послеапостольский период.

 - Джон Зэнс

Мы стоим перед лицом революции, относящейся как к богословию, так и к практике церкви. Множество христиан, в том числе и богословов, служителей и ученых, находятся в состоянии поиска новых путей обновления и реформации церкви. Множество других людей и вовсе отказались от традиционного восприятия церкви, придя к выводу, что учрежденческая церковь, в том виде, в котором она известна нам сегодня, не только является неэффективной, но и бесполезной с библейской точки зрения. Именно по этой причине они признают ошибочными усилия, направленные на реформацию и восстановление существующих церковных структур, хотя бы потому, что сами структуры как раз и являются корнем существующей проблемы.

Я пришел к этому тревожному заключению двадцать лет тому назад, когда ещё мало кто из тех, кого я знал, отваживались ставить под сомнение практику учрежденческой церкви. Именно поэтому я ощущал себя крайне одиноким в своих переживаниях. Бывали дни, когда я не на шутку задумывался над тем, не схожу ли я с ума.

С тех пор многое изменилось. Сегодня, количество людей, сомневающихся в устоях учрежденческой церкви растёт1. Их ряды пополняются с каждым годом. Большое количество этих людей вышли из рядов учрежденческой церкви. Все они находятся в поиске того выражения церкви, которое, в первую очередь, способно дать ответ на глубочайшие переживания их сердца.

И в самом деле, мы видим назревающую революцию. Эта революция идет намного дальше, чем реформы и обновление внутри церкви. Вместо этого она направлена прямиком на корни практики и богословия самой церкви. Возможно, рассмотрение исторических примеров поможет нам понять этот феномен.

На протяжении столетий астрономы Востока искали возможности постичь суть вращения звёзд и планет. Однако, сколько бы они ни пытались манипулировать полученными ими данными, они не смогли бы достичь правильности своих расчётов. Причина была проста. Их начальная точка отсчёта была выбрана неверно. Они пытались выработать геометрическую модель вселенной. Они были убеждены в том, что звёзды и планеты вращаются вокруг неподвижной Земли. Исходя из этой предпосылки и строилось всё их понимание вселенной.

Иконоборец по имени Коперник поддал сомнению эту предпосылку. Он выдвинул революционную идею, заключавшуюся в том, что планеты и звёзды вращаются вокруг солнца. Гелиоцентрический взгляд на вселенную, предложенный Коперником, поначалу был подвергнут неистовой критике. Однако, никто не смог оспорить тот факт, что предложенная новая модель в силах куда лучше объяснить собранные экспериментальные данные, в отличии от старой геоцентрической парадигмы. Именно по этой причине гелиоцентрическая система расчётов, в конечном счёте, и была признана учёными.

Рассуждая в том же духе, можно сказать, что данная книга выступает чистосердечной попыткой представить новую парадигму церкви. Парадигму, основанную на концепции Нового Завета, свидетельствующего о том, что Церковь Иисуса Христа является духовным организмом, а не учрежденческой организацией.

Я встречал христиан, которые не согласятся с последним заявлением. На самом деле, я часто встречал верующих, которые говорили мне: «Церковь — это организм, а не организация». Однако, произнося эти слова, они оставались до конца посвященными церквям, которые организованы и функционируют по той же схеме, что и такие крупные корпорации, как Форд или Майкрософт.

В этой книге я подниму несколько конкретных вопросов, связанных именно с этой темой. В частности такие вопросы, как: «Что именно скрывает в себе фраза «Церковь – это организм»? Как функционирует и живёт «органическая церковь» в двадцать первом веке?

Повсеместно в книге я буду использовать термины «Новозаветная церковь», «ранняя церковь», «церковь первого века» и буду обращаться к ним как к синонимам. Все эти термины относятся к ранней церкви первого века в том виде, в котором её рисует нам Новый Завет.

Я также буду ссылаться на те церкви, с которыми знакомо большинство людей, называя их «учрежденческими церквями». Я так же с легкостью могу назвать их «установившимися церквями», «храмовыми (соборными) церквями», «традиционными церквями», «организованными церквями», «церквями, ведомыми духовенством», «современными церквями», «аудиторными церквями», «церквями наблюдательными», «наследственными церквями», или «церквями, опирающимися на программы». Всё же, мне кажется что термин «учрежденческая церковь» наилучшим образом отображает суть большинства сегодняшних церквей.

Пожалуйста, помните о том, что когда я ввожу термин «учрежденческая церковь» я при этом не говорю о Божьем народе. Я в большей мере говорю о системе. «Учрежденческая церковь»- это система, своего рода способ совершения «церкви». Речь не идёт о людях, которые в ней находятся. Это различие является крайне важным, и его нельзя выпускать из виду, читая эту книгу.

Будь вы социологом, вы бы не согласились с тем, как я употребил термин «учрежденческая». Говоря с точки зрения социологии, учреждением будет любой установившийся вид человеческой деятельности. Поэтому, рукопожатие при встрече или же братские объятия тоже можно назвать учреждениями. На самом деле я признаю тот факт, что всем церквям (в том числе и органическим) присуща та или иная форма учреждений.

Однако, я использую фразу «учрежденческая церковь» в более узком значении. В частности, для описания тех церквей, которые функционируют, в основном, как организации, существующие помимо, сверх и независимо от членов, составляющих эти общины. Такого рода церкви в большей мере построены на выполнении программ и соблюдении обрядов, и в меньшей - на взаимоотношениях. Это, в большинстве своём, высоко структурированные, чаще всего зависимые от зданий организации, управляемые специально определёнными для этой цели профессионалами (служителями и духовенством), которым помогают (с недавних пор) добровольцы. Такие организации нуждаются в штате сотрудников, собственном здании или помещении, оплате труда и администрации. В учрежденческой церкви собравшиеся прихожане становятся наблюдателями религиозного выступления (представления), совершаемого раз или же два в неделю, и проводимого, в принципе, одним человеком (пастором или служителем), после чего прихожане возвращаются к своим домам и своим индивидуальным христианским жизням.

Для сравнения я так же использую термин «органическая церковь», чтобы описать те церкви, которые действуют на основании тех же духовных принципов, как и церковь, о которой мы читаем в Новом Завете. Церковь Нового Завета, прежде всего, была органичной, поэтому я решил использовать этот термин для описания тех церквей, которые унаследовали принцип своего действия у церкви новозаветного периода.

Т. Остин-Спаркс был первым, кто ввёл использование термина «Органическая церковь». Он пишет:

 Божий путь и закон полноты выражен в органической жизни. В божественном порядке жизнь порождает свои жизненные формы, будь то растительные, животные, человеческие или же духовные. Это означает, что все зарождается внутри и происходит изнутри. Функция, порядок и плод происходят из этого закона внутренней жизни. Основываясь именно на этом принципе, родилось на свет то, что мы наблюдаем в Новом Завете. Организованная христианская религия целиком и полностью обратила этот порядок вспять.

Развивая эту идею далее, мой друг Нал Миллер гениально раскрывает суть сравнения учрежденческой церкви с органической, приводя следующую метафору. Он пишет:

Учрежденческие церкви во многом похожи на поезда. Они движутся в определённом направлении, и они способны продолжать своё движение в этом направлении хорошо и долго, даже если все бросятся их останавливать. Как и в случае поезда, варианты для выбора направлений движения у учрежденческих церквей в лучшем случае, мягко выражаясь, ограничены. В том случае если на пути предвидится развилка или поворот, поезд сможет повернуть. Иначе, он попросту продолжает свой путь по определённой колее. В таком случае пассажирам лишь остается надеяться, что они не ошиблись при выборе поезда, и поезд направляется по верному пути.

Органические церкви, подобные тем, о которых мы читаем в Новом Завете, отличаются от подобного описания. Они не похожи на поезда, они больше всего походят на группу людей, которая вышла совершить совместную прогулку. Такие группы хоть и передвигаются намного медленнее, чем поезда, преодолевая, в лучшем случае, лишь несколько километров в час, однако они способны в считанные мгновения изменить своё направление. И, что более важно, они принимают искреннее и непрерывное участие в жизни окружающего их мира, в жизни Господа, и в жизни друг друга.

Подобно поездам, учрежденческие церкви легко обнаружить. Невозможно остаться незамеченным шуму и дыму проходящего поезда. Органические же церкви, более скрытны. О их прибытии на каждом переезде не сообщают миганием красные фонари светофора. Некоторые даже подумывают о том, что церкви, похожие на те, что были в Новом Завете отошли в прошлое уже давно. Однако, всё это далеко от истины. Органические церкви есть повсеместно. Лично я принадлежу к такой церкви уже более чем двадцать лет. И всё же, группы, похожие на нашу, тихо идут вместе своей дорогой, не пытаясь привлекать к себе излишнего внимания окружающих. Мы - просто спутники.

Как только вы научитесь замечать органические церкви, вы вскоре сможете распознавать группы людей, повсеместно встречающиеся, как это было и в новозаветное времена - людей, которые встречаются как друзья, семьи, и невеста Христова, а не как организации.

Органические церкви - это группы людей, которые ходят с Богом. Мимо них постоянно проносятся поезда. Иногда из вагонов поездов кто-то машет рукой. Иногда из-за скорости мчащегося мимо поезда всё сливается в линию, и тогда проходящие группы людей кажутся из окна поезда невыразительными пятнами. Если вам довелось быть среди тех, кто в группе людей идёт пешком, будучи органической Церковью, книга «Переосмысление Церкви» даст вам возможность по-новому оценить ваши корни, уходящие в глубину новозаветных принципов. Если же вы оказались в поезде и мчитесь мимо, вы, возможно с большим удивлением для себя, обнаружите что проносящиеся мимо вас пёстрые пятна - это группы людей, ходящих с Богом. Они-то и являются органическими церквями.

Важно осознавать, что представление церкви как живого организма — это не просто надуманная идея. Церковь и в самом деле способна проявляться органично так же как это происходило и в первом веке. Сказав всё это, также хочу представить вашему вниманию несколько писем, написанных различными людьми, испытавшими жизнь органической церкви на собственном опыте. Вот о чём они говорят:

ПИСЬМО 1

Я никогда в жизни не планировала оставлять свою старую церковь. Я не искала новую церковь и даже не могла себе представить, как выглядит органическая церковь в тот момент, когда меня пригласили посетить одну из них. Но я откликнулась на приглашение, и то, что я увидела, не возможно было сравнить ни с чем, что я ранее знала. Эта церковь не была группой по изучению Библии, молитвенной группой, молитвенным собранием с молитвами об исцелении или же собранием прославления и поклонения.

Вместо этого я увидела, что эта церковь сосредоточена на Иисусе Христе. Все пели о Нём, говорили о Нём и поклонялись Ему. Эти христиане были целиком и полностью поглощены красотой Господа Христа, и, честно говоря, когда они собирались, они не хотели тратить время ни на что другое, кроме как на песни о Нём, с Ним и Ему, делиться вестью о Нём, и любить друг друга в Нём.

Первым делом меня поразила их открытость и близость со Христом. Я никогда ранее не встречала людей, которые были бы так близки к Господу. Эти люди нуждались в Нём и наполнялись Его жизнью. Из моего прежнего опыта посещения церкви я и раньше видела посвящённых людей, страстных людей и любящих людей. Но мне казалось, что я ещё никогда не встречала верующих, которые бы знали само сердце Господа.

Я давно знаю истину о том, что Господь пребывает в своих людях, однако это была первая церковь, где мне довелось побывать, люди в которой действительно практиковали эту истину. Все они по очереди говорили на собрании о Христе таким образом, что Сам Христос открылся и предстал предо мной. С этими людьми я узнала что Он - наша пища и питьё. Благодаря нашим встречам и совместной жизни я узнала, какой Он на самом деле, в результате чего я просто влюбилась в Него.

Та открытость, свидетелем которой я стала и привлекла меня. Однако в дальнейшем меня удержала с этими верующими именно свобода, в которой они жили. Именно эта свобода определила моё решение продолжать приходить на следующие встречи и позднее стать частью этой общины верующих. Когда я замечала что-то в жизни с Господом, что могло бы послужить к ободрению, я говорила об этом, и в ответ на это люди говорили «Аминь» или «Слава Господу». Их слова ободрили меня, и я поняла, что и у меня есть свобода свидетельствовать, и не только - я поняла что Христос свободно являет Себя в Своих людях, в том числе и через меня.

Первый раз в моей жизни я стала свидетелем такой свободы среди христиан. Я начала замечать, как выглядит община, в которой Христос стоит на первом месте, как на встречах, так и в жизни верующих. Всё это порождало великое единство. На протяжении почти двух лет я была свидетелем того, как Христос наполнял каждую встречу истиной и знанием о Себе. Это никогда не прекращалось. Я не могу представить, чтобы все глубины Христовы можно было бы исчерпать. В этой церкви с помощью любви моих братьев и сестер я начала понимать как велика, на самом деле, Божья слава.

 (Учительница средней школы)

ПИСЬМО 2

Сам опыт участия в жизни органической церкви во многом очень сильно изменил мою жизнь. Эта церковь началась после посещения конференции. Те истории, которыми мы делились на конференции, были просто невероятными. Тогда, я помню, Господь показывал мне Свой план и цель для Церкви - Его Невесты. Моим видением стала Церковь возвышенная и воистину сосредоточенная на Христе. Однако это было только началом.

Позже, когда церковь уже была начата, я и мои братья и сестры во Христе переживали присутствие Христа, как никогда ранее. Я поняла, что это и было то, что я так искала. Я наконец-то почувствовала себя как дома. Бог знал, что нужно мне и моему мужу. То откровение, которое я получила от Господа начало расти и разворачиваться на моих глазах. Я увидела прекрасную и блистающую невесту Христову, исполненную страсти по Господу. Я увидела сообщество верующих, которые созидались воедино, как жилище Бога. Я видела, как братья и сестры с различным прошлым, до тех пор никогда ранее не встречавшие друг друга, начинают проявлять любовь друг ко другу.

В нашей всеобщей любви ко Христу наши сердца становились всё ближе и ближе друг ко другу. Настоящие перемены начали происходить в наших жизнях по мере того, как мы всё больше узнавали о вечной цели нашего Господа. Я увидела, что Церковь - это воистину Тело Христово, и что Он - Глава этого Тела. И только когда мы позволяем Ему занимать то место, которое принадлежит Ему по праву, мы начинаем ощущать Его жизнь в той мере, в которой Он задумал ее для нас. Жизнь Церкви, происходящая подобным образом, и есть естественное место обитания христиан, в котором мы растём и расцветаем, питаемые всяким богатством и изобилием Христовым. Мне кажется, я могу без перерыва продолжать говорить об этом, потому что столько всего ещё остаётся невысказанным!

Всё, что я пережила и увидела, навсегда изменило мою жизнь и жизнь моего мужа. Мы уже давно молили Господа о том, чтобы Он открыл нам Своё сердце и Свои мечты, и, я верю, что Бог ответил на наши молитвы. Так радостно осознавать, что мы проведём остаток нашей жизни, видя как Христос проявляет Себя через Свою Церковь!

(Жена одного из служителей)

ПИСЬМО 3

Я вырос в христианской семье и ходил в церковь по поводу и без повода. Я знал, как должен жить и вести себя христианин. Можно сказать, что я рос примерным ребёнком.

Позже, в старшей школе и в институтские годы я повстречал христиан, в которых была искра, о которой я никогда ранее не знал. Я видел их страсть к глубокому познанию Христа, и дело было не только в этом. Мне казалось, что они знают Христа намного лучше, чем я. Когда я повстречал их, то быстро обнаружил что моя вера и познания о Христе были крайне поверхностными. Видите ли, я осознал, что хотя мне и нравится ходить в церковь вместе со своей семьёй и друзьями, я всё же воспринимал богослужения и молодёжные встречи как неизбежный элемент воскресных встреч, который мне просто необходимо было перетерпеть, чтобы потом иметь возможность общаться с любимыми людьми.

Я в тишине просиживал проповедь за проповедью с надеждой, что собрание не затянется, и после мы всей семьёй вместе сможем пойти в ресторан. Через считанные минуты после окончания служения я уже не мог вспомнить, о чём именно была проповедь. Ведь я уже не раз слышал о том, что мне нужно чаще ходить в церковь, больше жертвовать, больше читать Писание, и чаще свидетельствовать о Христе. И только когда я повстречал других верующих, я понял, что все церкви, в которых я был раньше, не смогли удовлетворить мою жажду по Христу. Они научили меня правилам и постановлениям, вместо того, чтобы дать мне то, что даёт жизнь. Вместо того, чтобы возрастать во Христе, я просто «усыхал на лозе» переполненный страхом, стыдом, и несостоятельностью. На самом деле мне не очень нравилось говорить о Господе. И уж наверняка у меня не было смелости свидетельствовать о Нём неверующим.

Я спрашивал себя, если я такой хороший христианин, каким я себе кажусь, то почему же я чувствую себя столь неадекватно и уныло? Чем больше времени я проводил с этими верующими, тем больше мне хотелось знать Христа так, как знали Его они. Меня привлекал Христос, как влечёт мотылька свет уличного фонаря. Постепенно я стал проводить больше времени с ними и стал посещать их встречи. На этих встречах я чувствовал себя расковано и открыто. В них не было литургии. Там не было духовенства. На самом деле в этом просто не было необходимости. Там было множество верующих, которые переживали работу Господа в собственной жизни, и которым было чем ободрить остальных.

Им не нужен был кто-то, кто бы разрешал им говорить. Им не нужно было тратить усилия и время на соблюдение безжизненных условностей и правил. Они сами писали песни, которые пели. Они молились вместе, по очереди взывая к Иисусу искренними незаученными словами, которые шли прямо из сердца. Они проводили свои встречи так, как- будто Иисус физически присутствовал в помещении среди них. Они относились друг ко другу, как члены одной семьи, проявляя друг ко другу любовь.

Спустя лишь короткий период времени я осознал, что именно этого органического опыта присутствия Христа мне так сильно не хватало. Я стал с нетерпением ждать возможности встретиться с этими верующими. Я посещал их встречи и видел Господа намного большего, чем только лишь Спасителя от моих грехов. Я стал понимать Его намного глубже.

Меня больше не удовлетворяло простое наблюдение за тем, как кто-то другой выступает. На этих органических встречах стало проявляться моё желание делиться с моими братьями и сестрами тем, что я получил и узнал от Господа. Вместо того, чтобы пассивно отсиживаться, теперь я был убеждён что легче принимать участие и совершать свой вклад. Иногда мы собирались и часами напролёт пели. Иногда казалось, все еле сдерживаются и так и рвутся, чтобы рассказать о том, что Иисус совершал в их жизни на прошлой неделе. Иногда мы попросту пребывали в молчании и страхе пред величием Господним. Никто не говорил нам, что и как нужно делать. Просто нас вёл Дух, и всё это происходило достаточно спонтанно. Мы часто встречались и ужинали вместе, как одна семья. Иногда мы делились друг с другом Евангелием. Были моменты когда мы в сценках разыгрывали истории из Били, и эти истории являли свет Христов.

Мы виделись на протяжении недели. По утрам братья встречались по двое или трое, и сестры встречались с сестрами. Так мы искали Господа в молитвах и вместе рассуждали над текстом Писаний. Мы начинали наш день со Христом, а по вечерам кто-то из общины приглашал всех к себе домой, и мы вместе рассуждали о Христе за ужином. Братья и сестры встречались и вместе сообща решали вопросы, касающиеся жизни церкви. Все мы брали на себя ответственность и заботились друг о друге.

Когда не было каких-либо существенных срочных нужд, мы вместе пели Господу и искали Его присутствия вместе. Когда у кого-то была какая-то определенная нужда, мы сообща искали возможность помочь ему. Иногда мы просто планировали, как можем благословить друг друга ради самой лишь радости доставить другим удовольствие. Иногда холостяки помогали молодым родителям смотреть за детьми, давая родителям возможность куда-то выбраться и провести время вместе. Иногда, когда кто-либо из братьев или сестер отправлялся в далекую поездку мы всех церковью ехали в аэропорт, чтобы проводить его или ее. И тогда получалось так, что наша церковь встречалась в аэропорту.

Всегда возникали возможности, когда можно было свидетельствовать о Христе и являть любовь Господа. Также были моменты, когда мы абсолютно спонтанно несли Евангелие неверующим. Во всем, что мы делали, Дух вел нас, всегда присутствовала свобода в том, чтобы в любой момент Он мог менять наше направление как Сам Он того захочет. Когда мы собирались вместе, я видел, как прославляется и превозноситься Христос. Мы постоянно совершали новые открытия, постигая Его. Каждый раз я видел, как Он проявляет Себя по-новому, и хотел видеть Его все больше. Чувства вины, стыда и собственной недостойности прошли. Вместо них у меня появилось страстное желание познавать Христа глубже.

Я больше не сохну на лозе. Я узнал настоящую свободу, которую могут испытывать христиане, встречаясь вместе органично, так же, как это делали верующие в ранней церкви.

(Консультант в сфере маркетинга и развития бизнеса)

Вкратце можно сказать, что эта книга переосмысливает видение Церкви, органической по своей природе и устройству; функции которой построены на отношениях; форма которой основывается на Писании; Церкви, в которой Христоцентричность – это основа ее деятельности; Троица – отражена в самом строении Церкви; общение является выражением ее стиля жизни; Церкви, которой чуждо стремление занять положение элиты; несектантской по своим форам и выражениям.

Проще говоря, целью этой книги является свежее открытие того, что значит быть Церковью с Божьей точки зрения. Итак, воспользовавшись Новым Заветом как отправной точкой, начнем наше совместное путешествие по пути переосмысления церкви.

Я мечтаю о том, чтобы группы христиан, повсеместно становились отображением новозаветной реальности, состоящей в том, что церковь - это живой организм, а не учреждение или организация.

Я мечтаю о том, чтобы разделение на духовенство и прихожан однажды стало полноправным достоянием древней истории церкви, и чтобы Сам Иисус заменил молью изъеденную систему человеческой иерархии, узурпировавшей Его власть среди Его народа.

Я мечтаю о том, что бы множество Божьих людей не стали более терпеть те человеческие системы, которые привели их в состояние духовного рабства, поместив их под пресс вины, обязательств, обвинений, сделав их рабами авторитарных систем и их лидеров.

Я мечтаю о том, чтобы централитет и превосходство Иисуса Христа станет основой, опорой и стремлением каждого христианина и каждой церкви. И что возлюбленный Богом народ более не будет, одержим духовными идеями и догмами, делая их поводом для разделения и ссор. Однако я мечтаю о том, чтобы предметом их одержимости и всех их стремлений стала личность - личность Господа Иисуса Христа.

Я мечтаю о том, чтобы множество церквей были преображены из состояния высокоорганизованных бизнес структур в подобия духовных семей - искренних и сосредоточенный на Христе общин, в которых члены знают друг друга не понаслышке, любят друг друга, безусловно, переживают друг о друге глубоко, и радуются друг о друге непритворно.

У меня есть мечта...

Часть 1

Сообщество и собрание

 

Переосмысливая Церковь как организм

Глубина потрясения от услышанной истинны непосредственно связана с тем, в какой мере ложь утвердилась в сознании человека. Не мысль о том, что земля круглая так возмутила людей, а осознание того, что она не плоская привела их в негодование. В ситуации, когда хорошо сфабрикованная ложь скармливается массам на протяжении поколений, истина может прозвучать как нечто абсолютно зловещее, а её глашатаи будут восприняты как откровенные безумцы.

— Дрэздэн Джэймс

Служение Святого Духа всегда заключалось в том, чтобы являть миру Иисуса Христа, и, являя Его, всё приводить в подчинение Ему. Человеческий гений не способен на подобное. Мы ничего не сможем вынести из Нового Завета в результате одних лишь интеллектуальных изучений или логических размышлений. Весь этот процесс является процессом откровения Иисуса Христа посредством участия Святого Духа. В наших же силах остаётся непрестанный поиск Его в Духе, и тогда мы познаем, что Он, а не слова на бумаге, является Примером, Порядком и Формой. Именно Его личность является воплощением всех целей и путей человеческих. В таком случае всё (в ранней церкви) являлось свободным и спонтанным движением Святого Духа, совершавшего всё в полном соответствии с виденным Примером - Божьим Сыном.

— Т. Остин-Спаркс

Новый Завет использует множество образов, чтобы изобразить Церковь. Важно заметить, что все эти образы - это примеры живых существ: тело, невеста, семья, новое творение, виноградник, поле, армия, город, и пр.

Каждый образ учит нас тому, что Церковь - это живой организм, а не учреждённая организация. Сегодня, пожалуй, мало, кто не согласится с этим утверждением. Однако, что же это означает на практике? Верим ли мы в это на самом деле?

Церковь, о которой мы читаем в Новом Завете была «органической». Говоря это, я подразумеваю тот факт, что она была рождена и поддерживается в действии процессами духовной жизни, а не просто посредством организационных процессов человеческих учреждений, контролируемых человеческой иерархией, сформированных безжизненными ритуалами, и поддерживаемых посредством религиозных программ.

К примеру, если бы я решил создать апельсин в лабораторных условиях, то в согласии с нашим определением, его нельзя было бы считать органическим. Однако, если бы я посадил апельсиновую косточку, из которой бы выросло апельсиновое дерево, именно это мы и считаем органическим процессом.

Подобным образом, когда мы - подверженные греху и тлению смертные пытаемся организовать церковь теми же путями, какими создаются компании или организации, мы пренебрегаем органическими принципами церковной жизни. Органическая церковь - это церковь, которая рождается естественным образом в результате того, как группа людей на своём жизненном пути встречаются со Христом (при этом внешние экклесиологические побудители не являются необходимыми), и ДНК жизни церкви начинает свою беспрепятственную формирующую работу.

Проще говоря, органическая церковь - это не театральная постановка согласно сценарию, это собранное воедино сообщество, живущее божественной жизнью. Для сравнения можно заметить, что современная учрежденческая церковь действует в согласии с теми же функциональными принципами, что и мировые компании и корпорации.

ДНК Церкви

Всем жизненным формам присуща ДНК, содержащая в себе генетический код. ДНК даёт каждой жизненной форме конкретное выражение. Так, к примеру, информация для построения вашего физического тела содержится в вашей ДНК. Ваша ДНК во многом определяет ваши физические и психологические черты. Если же церковь и вправду органична, это будет означать что и у неё будет своя ДНК - духовная ДНК. Где же нам отыскать ДНК церкви? Предполагаю, что многое о том, какова она, мы узнаем, наблюдая за Самим Богом.

Мы, христиане, уникальным образом провозглашаем истину о нашем триедином Боге. Если выразить это словами Афанасьевского символа веры, «Отец - есть Бог, Сын - есть Бог, Дух Святой - это Бог, однако это не три божества, но единый Бог». Классическое христианство говорит нам о том, что Бог находится в общении трёх Личностей: Отца, Сына и Духа. Божество состоит из сообщества трёх Личностей - или Троицы, как Её называют богословы. Так богослов Стенли Грэнз пишет:

Триединая природа Бога означает тот факт, что Бог социален или состоит в отношениях; Бог - это «социальная Троица ». Именно по этой причине мы можем заявлять о том, что Бог - это сообщество Отца Сына и Святого Духа, наслаждающееся совершенным и вечным общением.

Долгие годы я слышал достаточно чёткие и конкретные учения о доктрине Троицы.

Однако, они так никогда и не нашли практического применения в моей жизни. Я всегда считал их крайне абстрактными и непрактичными.

Позже я обнаружил для себя, что понимание взаимодействия, происходящего внутри триединого Бога, было ключевым в понимании всего в христианской жизни, в том числе и церкви. Как сказал Юджин Питерсон:

Троица - это наиболее исчерпывающая и наиболее интегрирующая система, которая дана нам для понимания и практики христианской жизни.

Другие же богословы соглашаются, по словам Кэтерин ЛаКунга, с тем, что:

Доктрина Троицы является, прежде всего, практической доктриной, приводящей к радикальным последствиям в христианской жизни.

В том же ключе пишет и Мирослав Вольф, когда говорит:

Триединый Бог стоит у истока и в заключении христианского жизненного пути и поэтому находится в самом центре христианской веры.

Библейское учение о Троице не является толкованием отвлечённой идеи в Божьем замысле. Скорее же наоборот - оно учит нас о Божьей природе, и о том, как она выражается в действиях сообщества Божьих людей. По этой причине данная доктрина не должна рассматриваться в качестве пояснительной при рассмотрении текста новозаветных Писаний. Вместо этого, её стоит рассматривать как формирующую и основополагающую для практической жизни христианина и функционирования церкви.

Во всём Евангелии от Иоанна мы видим, как Иисус совершает ряд заявлений, свидетельствующих нам о Его взаимоотношениях с Отцом. Он говорит:

Отче... (Ты) возлюбил Меня прежде основания мира (Ин. 17:24).

Он так же говорит:

... Чтобы мир знал, что Я люблю Отца (Ин. 14:31).

Лишь этих двух отрывков достаточно, чтобы мы узнали об отношениях взаимной любви, которая постоянно пребывала внутри Троицы ещё до создания мира.

Из первых глав Бытия мы также узнаём об общении, присутствующем внутри Троицы:

И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему по подобию Нашему (Быт. 1:26).

В этом стихе мы видим, как триединый Бог держит совет и разрабатывает план.

Евангелие Иоанна предоставляет нам дальнейшие факты, уча нас о природе Троицы. В частности, что Сын живёт благодаря той жизни, которая происходит от Отца (Ин. 5:26, 6:57). Сын - является соучастником и выражением славы Отца (Ин. 13:31-32; 17:4-5). Сын живёт Отцом, и Отец живёт Сыном (Ин. 1:18; 14:10). Сын живёт в полной зависимости от Отца (Ин. 5:19). Сын является отражением Отца в Своих словах и поступках (Ин. 12:49, 14:9). Отец прославляет Сына (Ин. 1:14; 8:50, 54; 12:23; 16:14; 17:1, 5, 22, 24), а Сын, превозносит Отца (Ин. 7:18; 14:13; 17:1,4; 20:17).

Внутри триединого Божества мы открываем присутствие взаимной любви, взаимного общения, взаимной зависимости, взаимного уважения, взаимного подчинения, взаимного обитания и искреннего сообщества. В Троице существует вечный, дополняющий друг друга взаимообмен Божественной жизнью, Божественной любовью и Божественным общением.

Удивительно, но те же взаимоотношения перешли от Божественного Автора на человеческое сообщество. Мы видим, как акценты повествования смещаются с Отца на

Сына, а далее - от Сына к Церкви (Ин. 6:57; 15:9; 20:21). Эти принципы переходят от вечно Сущего Бога небес на Церковь на земле - Тело Господа Иисуса Христа.

Церковь - это органическое продолжение Самого триединого Бога. Она была зачата во Христе прежде начала времён (Еф. 1:4-5) и родилась в день Пятидесятницы (Деян. 2:1 и далее). Верно воспринимать Церковь как сообщество людей, разделяющих Божью жизнь и выражающих её на земле. Иными словами, Церковь - это земной образ триединого Бога (Еф. 1:22-23).

Поскольку Церковь органична, у неё есть свои естественные выражения. Таким же образом, когда группа христиан следует своей духовной ДНК, они собираются таким образом, чтобы их собрания отражали ДНК триединого Бога - потому как оно выражает ту же жизнь, которой обладает Сам Бог. (И хотя самих христиан нельзя назвать божествами, мы, однако, являемся «причастными той же Божественной природе», что и Сам Бог - 2 Пет. 1:4).

Следовательно, ДНК церкви отмечена теми же характеристиками и чертами, которые мы наблюдаем в триедином Боге. В частности, взаимной любовью, взаимным подчинением, взаимной зависимостью, взаимным уважением, взаимным подчинением, взаимной жизнью, и искренним сообществом. Иными словами, Церковь своими истоками уходит прямиком в Троицу. Именно по этой причине Стенли Гренз говорит:

Первоосновой нашего понимания Церкви являются отношения и природа самой Троицы

Богослов Кевин Гильс вторит этой мысли, говоря о том, что Троица является:

Примером, в соответствии с которым должна строиться экклесиология. Исходя из этой предпосылки, сама жизнь внутри Троицы служит для нас примером, отражением, эхом, или же иконой христианской общинной жизни в мире.

Проще говоря, Троица - это определяющая парадигма для естественного выражения Церкви. Мой излюбленный богослов Ширли Гутри раскрывает эту концепцию, описывая природу Троицы, выраженную в отношениях:

Единство Божье не является единством различных, самодостаточных личностей; это единство сообщества Личностей, любящих друг друга и живущих друг с другом в гармонии... Они являются тем, кем они есть только во взаимоотношениях друг с другом... не существует ни одной личности, отделённой от остальных; нет понятий о том, кто выше и кто ниже; нет первых, вторых и третьих по важности; не существует управления и контроля или же подчинения и контролируемости; нет привилегированных положений или превосходства над другими; нет причины для конфликта по поводу старшинства; нет необходимости искать независимости или выражать власть одного за чей-либо счёт. При этом существует лишь общение и взаимосвязь равных, которые раскрывают себя полностью, отдавая всё, что у них есть во взаимодействии друг с другом;, каждый живёт с други-ми и ради других в атмосфере взаимной открытости, самоотверженной любви, и поддержки; каждый, будучи свободен не от остальных, но для остальных. Именно в таких отношениях состоят Отец, Сын и Святой Дух внутри Троицы.

Взгляните ещё раз на триединого Бога. И заметьте, что тут отсутствует. Здесь нет командно-административного стиля управления. Нет иерархических структур11. Мы замечаем отсутствие пассивности и наблюдательского подхода. Отсутствует самоуправство. Отсутствуют и религиозные ритуалы или программы.

(Некто предположил, что внутри Троицы существует умеренная иерархия. Однако это воззрение несостоятельно как исторически, так и библейски. См. стр. 295-296).

Командный стиль отношений, иерархия, пассивность и наблюдательский подход, самоуправство, религиозные программы и прочее - это плод падшего человечества. Всё это противоречит ДНК триединого Бога, равно как и ДНК Церкви. Однако, к нашей печали, после смерти Апостолов, эти практики были восприняты, крещены и привнесены в христианскую семью. Сегодня они стали центральными характеристиками учрежденческой церкви.

Четыре парадигмы для восстановления церкви

На сегодняшний день существуют четыре ключевые парадигмы для переосмысления церкви. Вот они:

 

Схематичность Библии. Те, кто выступает в поддержку этой парадигмы, отстаивают мнение о том, что Новый Завет содержит чёткие инструкции для церковной практики. По их мнению, мы должны постараться воспроизвести и воплотить основные библейские инструкции касательно церкви. Однако, как позже будет сказано в этой книге, Новый Завет не содержит подобного рода инструкций для церковной практики. Не предоставляет он так же и списка правил и заповедей, которому должны следовать христиане. Как говорит об этом учёный в области Нового Завета Ф. Ф. Брюс:

При применении новозаветного текста в нашей частной ситуации нам нельзя относиться к нему так, как относились к Ветхому Завету книжники времён Иисуса. Нельзя превращать наставления для поклоняющихся в конкретных ситуациях в законы для всех и на все времена.

Культурная адаптация. Люди, выступающие в поддержку этой парадигмы, скоро признают, что человеческая культура подвержена переменам по мере хода времени. Церковь первого века приспособилась к своей культуре. Сегодня же культура сильно отличается от культуры тех дней. Поэтому церковь вынуждена приспосабливаться к её нынешней культуре. Передовые защитники такого воззрения скажут вам, что во все времена церковь вынуждена по-новому изобретать себя, чтобы приспособиться к своей культуре.

Эта парадигма основывается на идее «контекстуализации». Контекстуализация - это богословский метод, который выражается в попытках передать библейское послание в другую культурную среду.

Контекстуализация, конечно же, необходима при применении нами Писания. Именно благодаря контекстуализации сегодня мы не носим сандалии, ризы, не говорим на греческом и не используем тягловый транспорт в качестве основного.

Однако, некоторые люди возносят знамя контекстуализации до чрезмерных высот и в результате такой контекстуализации текст Писаний и вовсе теряет свою актуальность. Чрезмерная контекстуализация съедает библейский текст до полного пренебрежения им. Таким образом, нам ничего более не остаётся, кроме как изобретать церковь на собственный рассудок.

Ф. Ф. Брюс предупреждает нас об опасности чрезмерной контекстуализации, говоря:

Отношение к Евангелию, как к новой идиоме, необходимо во всех поколениях. Оно столь же необходимо, как и при переводе Евангелия на новый язык. Однако, угри чрезмерном перефразировании Евангелия теряется само Евангелие, в результате чего рождается нечто, что сам Павел назвал бы « Иным Евангелием, которое на деле таковым не является » (Гал. 1:6 и далее). Когда христианское послание всецело адаптируют под условия преобладающего климата культуры и мнений, оно становится ни чем иным, как просто ещё одним мнением и перестаёт быть христианским посланием.

Я встречал многих защитников парадигмы культурной адаптации. И меня поражает тот факт, что все они верят в существование нормативных практик церкви, которые находятся вне времени и культуры. К примеру, большинство христиан, придерживающихся парадигмы культурной адаптации, находят оскорбительными предложения оставить практику водного крещения и променять хлеб и вино на хлебопреломлении на картофельные чипсы и колу (возможно, за исключением тех, кому ещё не исполнилось десяти лет отроду!).

В таком случае, перед нами становится важный вопрос: «Какие практики Нового Завета считать исключительно описательными, а какие - нормативными»? Или же, выражаясь иначе, что из этого привязано к культуре первого века, а что является отражением неизменной природы и сущности церкви?

Опасности чрезмерной контекстуализации реальны, и но неосторожности многие христианские руководители стали повинными в этом злоупотреблении. Необходимо быть осторожными в том, чтобы нам не придерживаться библейских принципов лишь в тех случаях, когда они помогают нам в достижении наших целей, оставляя их в стороне во имя "контекстуализации", когда они нам более неудобны.

Факт остаётся неизменным, почти все христиане строят собственное понимание христианской жизни и жизни церкви на Библии. (Ирония, пожалуй, состоит ещё и в том, что и те, кто заявляют о том, что это не так, почти всегда при этом ссылаются на слова Иисуса или же Павла, чтобы выступить в поддержку, или же для опровержения той или иной своей идеи или практики). Ранняя церковь не была совершенной. Если вы в этом сомневаетесь, просто прочтите 1-е Коринфянам. Поэтому, идеализация ранних христиан, как расы безошибочных людей будет большой ошибкой.

С другой же стороны, церковь первого века была церковью, которую основали Иисус и Апостолы. И ровно в той степени, в которой эти церкви были отражением учения Иисуса и Апостолов, они способны многому научить и нас. Было бы большой ошибкой игнорировать их опыт как неприменимый к нашим обстоятельствам и времени. Словами Джей Би. Филипса это можно было бы выразить так:

Величайшее отличие между нынешним христианством и той верой, о которой мы читаем в этих (новозаветных) посланиях, заключается в том, что для нас это, в основном, представление; для них это было их реальным жизненным опытом. Мы склоны сводить христианство до уровня поведенческого кода, или же в лучшем случае, до правил сердца и жизни. Для этих же людей, всё было достаточно понятно - их ситуация напоминала вторжение жизни абсолютно нового уровня.

Постцерковное христианство. Эта парадигма основана на попытке практиковать христианство в отрыве от определённого сообщества верующих, которые бы регулярно встречались для поклонения, молитвы, общения и взаимного назидания. Приверженцы такого подхода говорят о том, что спонтанные социальные взаимодействия (такие как встречи в кафе по желанию) и личные дружественные отношения и есть воплощением новозаветного понятия «церкви». Те, кто придерживаются этой парадигмы верят в аморфную, расплывчатую, призрачную церковь.

Такого рода концепция не увязывается с тем, что мы находим в Новом Завете. Церкви Нового Завета были локальными, определенными и заметными сообществами, которые встречались регулярно, в определённом месте. По этой причине Павел мог писать послания этим определенным сообществам (поместным церквям) имея определённого рода представление о том, кто будет читать эти послания (Рим. 16). Он так же хорошо представлял себе, когда именно они собирались (Деян. 20:7, 1 Кор. 14), и те трудности, с которыми сталкивались эти церкви в своей совместной жизни (Рим. 12-14, 1 Кор. 1-8). При всей небиблейности своих взглядов постцерковная парадигма нам кажется выражением современного стремления к близости, лишенного необходимости делать посвящение.

Органическое выражение. В этой книге я буду отстаивать именно это воззрение. Я убеждён в том, что Новый Завет является письменным свидетельством работы ДНК церкви. Когда мы читаем книгу Деяний и послания Апостолов, мы становимся свидетелями генетики Церкви Иисуса Христа, проявившейся в различных культурах первого века. Поскольку Церковь воистину является духовным организмом, его

ДНК никогда не изменяется. Она является всё той же биологической структурой, которой была и вчера, которой остаётся сегодня, и будет завтра. Итак, будучи таковой, ДНК церкви всегда будет отражать следующие четыре составляющие:

1.Она всегда будет выражать главенство Иисуса Христа в Его Церкви, в противоположность идеи человеческого главенства. (Здесь я использую термин «главенство» для описания идеи, что Христос является как властью, так и источником церкви).

2. Она всегда будет позволять, и поощрять к действию всех членов в Теле.

3. Она всегда будет соответствовать богословию, содержащемуся в Новом Завете, будучи его наглядным представлением и выражением на Земле.

4. Она всегда будет корениться в общении триединого Бога. Троица и есть та парадигма, которая раскрывает нам то, как Церковь должна функционировать. Она показывает нам то, что Церковь - это любящее, равноправное, взаимозависящее и взаимодействующее неиерархическое сообщество.

Ф. Ф. Брюс как-то сказал:

Развитие - это развёртывание того, что уже существует, даже если оно существует не явно; отступление же подразумевает оставление одного принципа или же основания, и замены его другим.

Всё то, что делает Церковь способной отражать триединого Бога, является развитием; всё же, что препятствует ей в этом - отступлением.

Как уже было изложено мной и Джоржем Барной в книге «Языческое христианство», крайне мало из того, что нынче практикует современная учрежденческая церковь, своими корнями уходит в Новый Завет. Вместо этого практика, изобретённая людьми, начавшая своё существование многие столетия тому назад, формировала и давала новое определение тому, что такое церковь. Подобная практика подрывает главенство Христа, подавляет функции участия всех членов в равной мере, так, что и те больше не могут действовать как Тело Христа. Это противоречит богословию Нового Завета и отрицает принцип Божьего общения внутри Троицы. Как говорит об этом Эмиль Бруннэр:

Тонкая структура общения, основанная Христом и утверждённая Святым Духом не может быть заменена учреждением или организацией, не изменив при этом целиком и полностью сам характер экклесии.

Однако, не смотря на этот факт, многие из этих практик оправдываются христианами, хотя при этом им явно не хватает библейского основания. Отчего же? Всё это происходит в связи с неимоверной силой религиозной традиции. Рассмотрим следующие отрывки:

Трава засыхает, цвет увядает, а Слово Бога нашего пребудет вечно. (Ис. 40:8)

Ибо Слово Божие живо и действенно и острее всякого меча обоюдоострого: оно проникает до разделения души и духа, составов и мозгов, и судит помышления и намерения сердечные. (Евр. 4:12)

Как дождь и снег нисходити с неба и туда не возвращается, но напояет землю и делает ее способною рождать и произращать, чтобы она давала семя тому, кто сеет, и хлеб тому, кто ест, - так и Слово Мое, которое исходит из уст Моих, - оно не возвращается ко Мне тщетным, но исполняет то, что Мне угодно, и совершает то, для чего Я послал его. (Ис. 5 5:10-11)

Эти отрывки говорят нам о чрезвычайной силе Божьего Слова. Слово Божье пребудет вечно. Слово Божье осуществит™, что Бог пожелал. Слово Божье достигнет цели, ради которой Он посылал его. Слово Божье не вернётся впустую.

Однако, вопреки чрезвычайной силе Божьего Слова есть одна вещь, останавливающая его на его пути. Имя ей - религиозная традиция. Отметим, что говорит Иисус - воплощение Божьего слова:

... таким образом, вы устранили заповедь Божию преданием вашим. (Мф. 15:6)

И опять Он говорит:

Ибо вы, оставив заповедь Божию, держитесь предания человеческого... вы отменяете заповедь Божию, чтобы соблюсти свое предание... (Мк. 7:8-9)

Религиозные традиции во многом сформировали наше мышление. Они завоевали наше сердце. Они сформировали наш словарный запас. Всё это произошло настолько сильно, что теперь всякий раз, когда мы открываем свои Библии, мы приписываем нашу современную практику церкви, приписывая её тексту Писаний.

Всякий раз, когда мы находим слово «пастор» в Библии, мы типично представляем себе человека, который проповедует проповеди по воскресеньям. Когда мы видим слово «церковь», мы немедленно думаем о здании или же, о воскресном богослужении. Когда мы встречаем слово «старейшина», мы сразу же представляем себе члена совета или церковного комитета.

Всё это подымает важный вопрос: как же так получается, что наша современная практика церкви столь просто приписывается тексту Нового Завета? Одна из причин, которая привела к такому положению вещей, заключается в выборочном подходе к тексту Библии. С таким подходом мы вырываем нужные отрывки текста их контекста и собираем их воедино с целью состряпать доказательства в поддержку человеческим доктринам или практике. В большинстве своём этот процесс происходит неосознанно. Ему способствуют две вещи. Во-первых, послания Нового Завета не представлены в хронологическом порядке. Во-вторых, послания в Новом Завете разделены на главы и стихи''.

Философ Джон Локк хорошо изложил суть проблемы, когда написал:

Писание изрублено и покалечено, и в том виде, в котором оно напечатано сегодня, предстает перед нами столь разбитым и разделённым, что не только рядовые читатели вытаскивают из него стихи, превращая их в афоризмы (правила); но и те, у кого больше знаний, читая Слово, теряют многое из его мощи и силы взаимодействия, а значит и света, им порождаемого.

Для сравнения скажем, что когда читаешь Новый Завет в хронологической последовательности, без разделения на главы и стихи, замечаешь, как проявляется чудеснейшее повествование. История становится реальностью. Когда же читаешь Новый Завет в том виде, в котором он организован в настоящее время, эта история предстаёт перед нами в отрывках. Согласованность и гармоничность повествования теряется.

Греческая мифология воспевает человека по имени Прокруст, создавшего чудо-ложе, приобретавшее размер, подходящий человеку, который ложился на него. Однако за чудом скрывался жестокий метод, позволявший ложу оказываться подходящим для всех. Когда человек, ложащийся на ложе, оказывался, слишком короток, Прокруст растягивал его. Если же ложившийся, оказывался, слишком велик, Прокруст отрезал его конечности, чтобы тот вместился на ложе!

Современная идея церкви похожа на прокрустово ложе. То Писание, которое не подходит под идею и форму современной учрежденческой церкви, либо отвергается (им пренебрегают), либо его воспринимают с «натяжкой» в угоду сложившемуся положению дел. Мы возвеличиваем различные стихи, вытягивая их из хронологического исторического контекста, после чего совмещаем их с другими отрывками, чтобы создать или поддержать угодную нам доктрину или практику. Для сравнения следует сказать, что именно хронологическое повествование диктует условия нашему толкованию Писания. Оно удерживает нас от практики вырывания и подтасовывания стихов с целью по-библейски оправдать наши подозрения и идеи.

Факт остаётся фактом, множество практикуемого в наших церквях сегодня лишено библейской поддержки. Всё это - практика изобретенная человеком, идущая наперекор органической природе церкви. Она не служит отражением желания Иисуса Христа и не служит выражением Его главенства и Его славной Личности (тех характеристик, которые церковь призвана воплощать). Вместо этого они служат отражением воцарившихся человеческих идей и традиций. В результате они подавляют естественное проявление церкви. Однако, мы продолжаем оправдывать их нашей «обрывочной» герменевтикой.

Нарушение ДНК Церкви

Некоторые христиане старались оправдать ту уйму небиблейских практик, которые оказались в церкви, высказав предположения о том, что церковь приспосабливается к каждой культуре, адаптируясь под условия жизни в том мире, в котором она находится. Отсюда следует мысль о том, что, должно быть, теперь Бог оправдывает появление системы разделения на духовенство и прихожан, иерархическую структуру руководства, поклонение с разделением церкви на выступающих и наблюдателей, модель единого руководителя, идею «посещения церкви» и ряд прочих практик, которые появились приблизительно в четвёртом веке в результате того, что христиане позаимствовали эти обычаи из греко-римских обрядов тех дней.

Но действительно ли церковь столь сильно меняется в зависимости от той культуры, в которой она находится? И если это и вправду так, свободны ли мы привносить всякую понравившуюся практику, делая её частью наших всеобщих встреч поклонения? Или же случилось так, что современная церковь чрезмерно приспособилась к нынешней западной культуре, как в своём богословии, так и в практике?

Говоря о проблеме чрезмерной контекстуализации, Ричард Халверсон пишет:

 

Когда у греков появилось Евангелие, они сделали из него философию; когда его получили римляне - они превратили его в форму правительственного правления; когда евангелие попало к европейцам, они сделали из него культуру; а когда оно попало в руки американцев, они превратили его в бизнес.

Скажу словами Апостола Павла: «разве не учит нас сама природа?». Новый Завет четко даёт нам понять то, что церковь - это биологическое существо (Еф. 2:15; Гал. 3:28; 1 Кор. 10:32; Кол. 3:11; 2 Кор. 5:17). Это биологическое существо рождается на свет, когда живое семя Евангелия насаждается в сердцах мужчин и женщин, и у них есть свобода встречаться вместе в естественных условиях.

ДНК Церкви производит определённые, отчётливо различимые черты. Вот некоторые из них: опыт искреннего общения в открытом сообществе, семейная любовь и посвящение членов сообщества друг другу, централитет Иисуса Христа, не отягощённый статическими ритуалами, врождённый инстинкт встречаться вместе, естественное желание строить глубокие взаимоотношения, основанные на Христе, внутреннее стремление к открытым для всеобщего участия встречам, и побуждение, мотивированное любовью к распространению вести о Христе в падшем мире.

В то время как, семя Евангелия способно естественным образом производить все эти черты, то, как они выразятся на практике, может в некоторой мере отличаться в зависимости от культуры. К примеру, я однажды начинал органическую церковь в Чили. Те песни, которые они писали, то, как люди общались друг с другом, то, как они сидели на собраниях, то, как они относились к своим детям, всё это отличалось от практики органических церквей, которые я видел в Европе и Соединённых Штатах.

Однако, те же основные черты, выраженные в ДНК Церкви, были присущи и этим собраниям. Ни одна из этих церквей так и не выработала систему собственного духовенства, единого старшего пастора, структуру иерархического управления или же такой порядок поклонения, который бы поощрял пассивность большинства.

В природе есть цветущий кустарник под названием гортензия широколистная. Если взять семена этого кустарника и посадить их в землю где-нибудь в штате Индиана, он вырастет и зацветёт розовыми цветами. Но если взять те же семена и посадить их где-нибудь в Бразилии или в Польше, кустарник расцветёт синим цветом. Что ещё более интересно, так это то, что можно посадить те же семена в какую-нибудь другую почву, и тогда растение зацветёт фиолетовыми цветами.

Однако гортензия широколистная, никогда не производит шипов или колючих побегов. Она никогда не станет приносить яблоки или апельсины. И она никогда не станет расти ввысь, как сосна. Почему? Да потому что эти свойства не заложены в ДНК семени растения.

Таким же образом, Церковь Иисуса Христа - когда правильно посажена и развивается естественным образом, без человеческого контроля или организационного вмешательства - явит на свет некоторые черты, заложенные в её ДНК. Как и гортензия широколистная, Церковь, возможно, будет иметь иной вид, в зависимости от культуры, в которой она находится, однако её основные выражения будут схожими, где бы она ни цвела.

С другой стороны, когда мы, люди, привносим свои падшие системы в этот живой организм, Церковь теряет свои органические черты и производит чуждые ей плоды и побеги, противоречащие тому, что заложено в её ДНК. Проще говоря, своими усилиями мы можем нарушить ДНК и исказить органический рост церкви.

Позвольте мне рассказать вам одну печальную историю, чтобы проиллюстрировать этот принцип. 4-го ноября, 1970 года учёные обнаружили очень необычного тринадцатилетнего ребёнка. С раннего детства эта девочка прожила в состоянии крайнего отделения от общения с людьми и окружающим миром. Дженни, так назвали девочку, не научилась говорить и не имела возможности общаться с людьми.

Дженни была привязана к детскому стульчику и оставлена без внимания родителей, проводя долгие дни в одиночестве. По вечерам Дженни завязывали в спальном мешке, так что она не могла полноценно двигаться. Её избивали всякий раз, когда она издавала какие-либо звуки, в том числе и при попытках говорить.

В результате этого её естественные черты были навсегда искажены. Дженни неуклюже передвигалась, переваливаясь с ноги на ногу, и плохо держалась на ногах. Она постоянно держала руки в полусогнутом состоянии, как поджатые лапки. Девочка не умела пережевывать твёрдую пищу, и с большим трудом глотала. Она постоянно плевалась, часто всё обнюхивала, и не могла сосредоточить своё внимание на предметах расположенных дальше, чем четыре метра от неё. Речь Дженни была ограничена до испускания скрипов и писков на высоких тонах, которые можно было разобрать с большим трудом.

За годы прошедшие после того, как Дженни нашли в состоянии одиночного заключения в собственной комнате, она сумела разучить множество новых слов. Однако она так и не научилась складывать слова в связные предложения. Что же произошло? Некоторые учёные пришли к выводу о том, что естественная ДНК девочки была повреждена в результате серьезного недоедания и отсутствия какого либо стимула к развитию.

Попробуем перенести эту историю в плоскость духовной жизни. Как и в случае с гортензией широколистной, культура, в которой функционирует церковь, способна оказать своё влияние на проявления церкви. В то же самое время, как показывает трагический пример Дженни, культура способна также исказить естественное проявление церкви, препятствуя её органическому росту. Мне кажется, что именно это и произошло с церковью на протяжении истории. Следовательно, то, чем церковь является сегодня, не обязательно было планом Божьим от самого её начала.

Церковь органична. Если её естественному росту ничего не препятствует, она сможет вырасти прекрасной девочкой - живым свидетельством её славного Жениха - Иисуса Христа. Она не вырастет в организацию сродни Дженерал Моторз или Майкрософт. Она всегда будет чем-то абсолютно отличным от всех и всего остального - уникальным существом на этой планете. Столь же уникальной, каким был и Сам Иисус Христос, когда Он ходил по этой планете. Потому как и сама Церковь - это Тело Христа, и её природа схожа с природой Самого Бога.

Говоря всё это, хочется дать понять, что эта книга является попыткой представить себе Церковь по образу и подобию триединого Бога. Это попытка основать практику Церкви на природе вечной Троицы, а не на зыбучих песках изменчивых культурных предпочтений и тенденций, трясине библейской схематичности или мутных водах религиозных традиций.

Вопросы, для размышления:

■ Как вам кажется, содержит ли Новый Завет рекомендации и руководство для жизни и практики церкви, применимые в наши дни, или же мы можем не обращать на него

внимание, считая его попросту неактуальным? Объясните свой ответ.

■ Принимая во внимание те церкви, частью которых вам довелось быть в вашей жизни, расскажите, каким образом эти церкви отражали или же не отражали суть отношений внутри Троицы.

■ Что будет означать верность и соответствие Божьему Слову, когда речь заходит о церковной практике и жизни? Что вы можете сказать в этой связи касательно нашей личной практики и жизни? Объясните свой ответ.

■ На основании чего мы определяем, что в Новом Завете является нормативным и не подверженным изменению во времени, а что из текстов можно воспринимать как описательные моменты, относящиеся лишь к культуре тех дней? Объясните.

Переосмысливая церковные собрания

Некоторые учреждения достигают столь старого и почтенного возраста, что сама идея избабится от них, как от ненужных или устаревших, начинает звучать как некое зловещее святотатство.

— Ф. Ф. Брюс

Все силы богословия реформации были направлены на оправдание реструктуризации учрежденческой церкви таким образом, чтобы не поколебать её фундамента.

— Джон Говард Йодер

Среди христиан нормой стали разговоры о «посещении церкви». Пол этим они подразумевают посещение религиозного (церковного) богослужения. Интересно будет заметить, что ни «посещение церкви» ни «церковные богослужения» не встречаются в тексте Нового Завета. Оба эти термина появляются намного позже после смерти Апостолов. Причина тому проста: у ранних христиан не было таких понятий. Они не воспринимали церковь как место, которое необходимо было посещать. Так же они не рассматривали собственные собрания в качестве «богослужений».

Когда мы читаем Новый Завет в поисках понимания того, как встречались ранние христиане, становится понятным, что у них было четыре разных типа встреч. Это были следующие собрания:

Апостольские встречи. Это были особые собрания, на которых апостольские служители проповедовали принимавшей участие в рассуждениях аудитории. Их целью было либо начать церковь с нуля, либо ободрить существующую церковь. Двенадцать Апостолов собирали подобные собрания в Иерусалиме, во дворе храма, во времена начала церкви в Иерусалиме (Деян. 5:40-42). Павел проводил подобные собрания в училище Тиранна, когда он начинал церковь в Ефесе (Деян. 19:9-10; 20:27, 31).

Апостольским встречам присущи две основные черты. Первая заключается в том, что апостольский работник совершает большую часть всего служения. Вторая состоит в том, что подобного рода встречи никогда не являются чем-то постоянным. Они - временное явление и ставят перед собой долгосрочные цели. В частности - такую цель, как оснащение поместного тела верующих действовать под главенством Иисуса Христа, не имея при этом человеческого начальника (Еф. 4:11-16; 1 Кор. 14:26). Именно по этой причине Апостол всегда заканчивал своё служение, оставляя церковь".

Евангелизационные собрания. В первом веке благовестие чаще всего происходило вне контекста постоянных встреч церкви. Апостолы проповедовали Евангелие в тех местах, где собирались неверующие. Это были синагоги (в случае с евреями) и рыночные площади (в случае язычников), которые и служили наиболее распространёнными местами для благовестил (Деян. 14:1; 17:1-33; 18:4,19). Евангелизационные встречи проводились либо с целью начинания новой церкви, либо с целью присоединения новообращённых к уже существующей церкви. Эти встречи происходили «в своё время». Другими словами, они не были постоянными мероприятиями церкви. Путешествие Филиппа в Самарию может служить примером такого рода встречи (Деян. 8:5 и далее).

Встречи для принятия решений. Иногда церкви приходилось собираться вместе, чтобы принять важные решения. Таким, к примеру, было собрание в Иерусалиме, описанное в 15 главе Деяний. Отличительной чертой такого собрания было то, что все принимали участие в процессе выработки решения, в том числе свой вклад вносили Апостолы и старейшины (см. главу 10 для пояснений).

Церковные собрания. Это были регулярные собрания церкви. Их, пожалуй, можно назвать новозаветным эквивалентом наших «воскресных богослужений». Однако они радикально отличались оттого, что знаем мы.

Встречи церкви в первом веке в большинстве своём были встречами верующих людей. Контекст 1-го послания Коринфянам 11-14 очень чётко даёт нам об этом знать. И хотя неверующие тоже иногда присутствовали на этих встречах, внимание всего собрания было обращено не на них. (В 1 Кор. 14:23-25, Павел вскользь упоминает о присутствии неверующих на встречах).

В отличие от сегодняшней практики, это не были встречи, на которых пастор проповедовал проповедь, а остальные люди пассивно слушали. Стиль встреч, построенных на проповеди с динамикой от проповедника к прихожанам - от кафедры к скамьям, был чужд собраниям ранних христиан.

Взаимное назидание

Сегодня еженедельное «церковное богослужение» построено ради поклонения, выслушивания проповеди, и, в отдельных случаях, ради евангелизации. Однако в церкви первого века основная цель церковных собраний сильно отличалась от сегодняшних целей. Целью встреч было взаимное назидание. Рассмотрим следующие отрывки:

Итак, что же, братия? Когда вы сходитесь, и у каждого из вас есть псалом, есть поучение, есть язык, есть откровение, есть истолкование, - все сие да будет к назиданию. (1 Кор. 14:26)

Будем внимательны друг ко другу, поощряя к любви и добрым делам. Не будем оставлять собрания своего, как есть у некоторых обычай; но будем увещевать друг друга, и тем более, чем более усматриваете приближение дня оного. (Евр. 10:24-25)

Обычные встречи церкви, описанные в Писании, позволяли всем членам участвовать в процессе созидания Тела Христова (Еф. 4:16). Не было руководства с кафедры. Никто не выступал со сцены.

В отличие от сегодняшней практики учение на церковных собраниях не предоставлялось одним и тем же человеком неделя за неделей. Вместо этого у каждого члена было право, привилегия и ответственность служить в собрании. Взаимное ободрение было отличительной чертой этих встреч. Фраза «все вы» как раз и выражает уникальную характеристику таких встреч.

К тому же, хотя ранние христиане поклонялись Богу в пении, это пение не ограничивалось лишь ответственностью группы профессиональных музыкантов. Вместо этого встречи позволяли «каждому» вести коллектив в пении. Или же, выражаясь словами Павла: ...когда вы сходитесь, у каждого из вас есть псалом (1-е Кор. 14:26). Даже сами песни отличались некоторой взаимностью. Заметьте, к чему призывает Павел:

Слово Христово да вселяется в вас обильно, со всякою премудростью; научайте и вразумляйте друг друга псалмами, славословием и духовными песнями, во благодати воспевая в сердцах ваших Господу. (Кол. 3:16)

...назидая самих себя псалмами и славословиями и песнопениями духовными, поя и воспевая в сердцах ваших Господу. (Еф. 5:19)

Опять-таки понятие «друг друга» было преобладающим компонентом встреч ранних христиан. В таком вот открытом формате ранние христиане зачастую сочиняли свои собственные песни и пели их на собраниях".

Таким же образом всякий христианин, у кого было что сказать от Духа Святого, имел свободу доносить это посредством его (её) уникального дара.

Ибо все один за другим можете пророчествовать, чтобы всем поучаться и всем получать утешение (1 Кор. 14:31)

По мере того, как Павел открывает приоткрывает для нас занавес церковных встреч в Первом послании Коринфянам главах 11-14, мы начинаем видеть собрание, в котором активно участвует каждый член. Свобода, открытость и спонтанность служат ключевыми отличительными чертами таких встреч. Фраза «друг друга» выражает основную и доминирующую мысль, заключающуюся во взаимном назидании как первоочередной цели этих встреч.

Христос - руководитель новозаветной встречи

Собрания в церкви Нового Завета целиком и полностью зависели от главенства Иисуса Христа. Христос превосходствовал во всём. Он был центром и наполнением этих встреч. Он задавал тон и руководил происходящим на встречах. И, хотя Его водительство невозможно было рассмотреть невооруженным глазом, именно Он был управляющим над всем.

На таких встречах Господь Иисус был волен говорить через любого, кого Он предпочитал для этого выбрать. Не существовало определённой литургии, связывающей Его или же ограничивающей Его действия.

Церковное собрание строилось на принципе «круглого стола». Таким образом, каждый член поощрялся к участию и действию. Для сравнения, встречи учрежденческой церкви построены на принципе «от кафедры к скамьям». Они делят членов церкви на немногих активных и многих пассивных. По этой причине некоторые называют такую церковь «аудиторной».

На встречах первого века ни проповеди, ни «проповедник» не были в центре внимания. Вместо этого божественным правилом было участие всей общины. Собрания не были литургийными, ритуальными или же священными. Не было ничего формального. Всё происходило из живого присутствия Христа.

Собрания служили отражением гибкости и спонтанности, в которых Дух Божий имел полный контроль. Он был свободен являть Себя через любого члена тела, как Сам Он того хотел (1 Кор. 14:26-31). И, если Ему позволяли вести всю встречу, всё совершалось благопристойно и чинно (1 Кор 14:40).

Дух Святой руководил собранием таким образом, что когда человек получал откровение в то время, когда кто-то другой говорил, то другой участник мог свободно вставлять свои мысли и комментарии (1 Кор. 14:27-40). Такого рода встречи были бы чем-то немыслимым в современной учрежденческой церкви. (Просто представьте, что бы произошло, если бы вы перебили пастора, чтобы предоставить свой комментарий, когда тот читает приготовленную им проповедь).

Нигде в Новом Завете мы не найдём оснований для церковных собраний, в которых доминирует человеческое руководство. Не находим мы также и библейской поддержки для идеи собрания, сосредоточенного на кафедре и служении одного человека.

Джон Говард Йодер говорит:

 

Пожалуй, мало найдётся более крепких констант, пронизывающих всё человеческое общество, нежели то место, которое каждое сообщество людей отводит для профессионального религиозного деятеля... Однако зададим вопрос: Отводят ли такое место какие-либо тексты литературы Нового Завета - существует ли единый конкретный пост, отведённый одному человеку, либо ограниченному количеству избранных людей, определяющий их жизненное призвание исходя из их рукоположения на данный пост, и являющийся центральным для жизни церкви и ключевым для её функционирования? Ответом библейского текста на подобный вопрос будет громогласное отрицание... По этой причине, прежде всего, станем спрашивать не о том, содержится ли в Писании здравая и четкая идея проповедования, но есть ли где - либо в Новом Завете единый конкретный пост проповедника, столь, же чётко определённый, как и прочие роли служителей. Определения ему мы не найдём ни в более пространных объяснениях (посланиях Коринфянам), ни в более конкретных (пасторские послания).

Возможно, самой потрясающей характеристикой встреч ранней церкви было отсутствие каких-либо человеческих постов и положений. Иисус Христос вел собрания посредством Святого Духа через сообщество верующих. И каков же результат? Во всём собрании царила атмосфера «друг другу». И не диво что Новый Завет использует словосочетания «друг друга» около шестидесяти раз. Каждый приходил на собрание убежденный в том, что он (она) обладают привилегией и ответственностью сделать свой вклад от Христа. (Так сложилось, что женщины имели как право, так и привилегию участвовать во встречах церкви)".

Некоторые могут возразить: «Но в моей церкви мне дают возможность нести служение». Спрошу вас вот о чём: дают ли вам возможность совершать служение в те моменты, когда церковь в большинстве своём собрана вместе? Чувствуете ли вы себя свободными подняться в любой момент и засвидетельствовать, преподать учение, сказать слово ободрения, спеть песню, или сделать ещё что-то, что Господь полагает вам на сердце в этот момент? И, что более важно, поддержат ли вас в вашей попытке сделать это?

Скажем честно. Идея взаимного служения, приведенная в Новом Завете слишком уж далека от выпяченного определения «рядового служения» пропагандируемого в типичной учрежденческой церкви. Большинство организованных церквей в избытке предоставляют возможности для добровольного служения «рядовым» членам. Возможностей сродни подстригания травы на лужайке перед церковью, или служения приветствия и рукопожатия, служения уборки церкви, раздачи церковных бюллетеней, преподавания в воскресной школе, пения в хоре, участия в группе прославления (если вы подходите), переворачивать слайды и прочее.

Однако, эти ограниченные «служения» на миллионы световых лет отстают от открытой и беспрепятственной практики духовных даров, которая была доступна всякому верующему на встречах ранней церкви. Практики, которая служила на пользу всей церкви, когда она собиралась вместе.

Необходимость функционирующего священства

Итак, почему ранняя церковь собиралась подобным образом? Было ли это просто временной традицией той культуры? Было ли это, как некоторые заявляют, свидетельством младенчества, незрелости и неведения ранней церкви? Я в этом не уверен. Собрания церкви первого века своими корнями глубоко уходят в библейское богословие. Это было реальным и практическим выражением новозаветной доктрины священства всех верующих - доктрины, которую на словах поддерживают все евангельские верующие.

Что же это за доктрина? Если верить словам Петра, то эта доктрина заключается в том, что все верующие во Христа являются духовными священниками, призванными для принесения «духовных жертв» своему Господу. Павел говорит об этом как о том, что все христиане являются функционирующими членами Тела Христова.

Вдобавок к этому, открытые для всеобщего участия встречи, описанные в Новом Завете, являются естественными для нашей духовной природы. У каждого верующего есть врождённый духовный инстинкт собираться вместе с другими христианами и делиться Господом в атмосфере открытости, лишенной ритуалов и человеческого контроля. Изливать из собственных сердец то, чем их наполнил Бог.

Вспомните духовные пробуждения прошлого. Если вам когда-либо приходилось изучать историю духовных пробуждений прошлого, вы обнаружите тот факт, что они на некоторое время потрясали всё основание традиционных церковных встреч. Проповедники на долгие месяцы переставали проповедовать. Вместо этого Божий народ собирался, чтобы вместе петь, свидетельствовать и делиться вестью о Господе часы напролёт. Эти встречи были спонтанными, открытыми и полными участников. На них не было человеческого контроля.

Почему же это происходило? Потому что Божьи люди подчинялись своим духовным инстинктам, и никто не был в силах остановить волны Святого Духа, который совершал Своё движение в них. К сожалению, после того, как потоки пробуждения возвращались в своё русло, пятисотлетний порядок протестантского поклонения быстро возобновлялся, и открытые встречи в большинстве своём прекращались.

На деле собрания церкви первого века были отражением самоотдачи и обмена жизнью, любовью и общением, которое происходило внутри триединого Бога от начала времён. Посредством Святого Духа Отец извечно отдавал Себя Сыну, а Сын всецело отдавал Себя Отцу. Взаимное общение и разделение жизни, служившее отличительной чертой ранней церкви, было земным отражением этого Божественного взаимообмена.

Добавьте сюда тот факт, что встречи ранней церкви были Богом данной средой, порождавшей духовный рост - как коллективный, так и индивидуальный (Еф. 3:16-19). Мы так же растём, когда мы действуем (Мк. 4:4-25).

Для сравнения, в типичной учрежденческой церкви духовное питание верующих ограничено и зависит от духовной и академической подготовки одного или двух людей - чаще всего пастора и учителя воскресной школы. Может ли быть так, что именно в этом кроется причина того, почему так мало происходит духовных преобразований в современной учрежденческой церкви"?

Говоря о нормальной природе всеобщего служения в Теле Христовом, Джон Говард Йодер отмечает:

Неизбежно напрашивается вывод о том, что служение, где все участвуют не просто вызвано отсутствием диакона, как явлением временным, и не имеющем каких-либо далеко идущих последствий, но является чётко выраженной работой благодати, и представляет собой стандарт функционирования церкви.

Несомненно, христиане могут и должны действовать и вне собраний церкви. Однако церковные собрания особым образом созданы для того, чтобы всякий верующий мог выражать Христа через свой дар (1 Кор. 11 — 14; Евр. 10:24-25). К сожалению, учрежденческая церковь выносит практику принципов «друг друга» исключительно за пределы церковных собраний. Всё это способствует замедлению духовного роста сообщества верующих.

Реформация восстановила истину о священстве всех верующих. Однако она не смогла восстановить органическую практику, которая является воплощением этого учения. Реформаторское воззрение на священство всех верующих имело индивидуалистичный, а не коллективный характер. Оно было ограничено сотериологическим аспектом (спасение) и не распространилось на экклесиологию (церковь). Реформаторы заявили свои права на священство верующих, однако не решились воспользоваться этими правами. В типичной протестантской церкви доктрина о священстве всех верующих является не чем иным, как бесплодной истиной. Если точнее, то она скорее воплощена в доктрине «священства некоторых верующих».

Воистину, немного найдётся вещей, способствующих развитию культуры духовной жизни в большей мере, чем открытое для всеобщего участия церковное собрание, описание которого мы находим в Новом Завете. Бог установил открытые для участия каждого встречи, чтобы воплотить славную реальность выражения Христа посредством всецело задействованного священства.

Автор послания Евреям ярко демонстрирует тот факт, что взаимное участие в Теле является жизненно необходимым для духовного формирования каждого члена. Он учит нас той мысли, что взаимное назидание служит Божественным противоядием, способным предотвратить отступничество, Божественным требованием, для обеспечения стойкости, и Божественным средством для культивирования личной духовной жизни:

Смотрите, братия, чтобы не было в ком из вас сердца лукавого и неверного, дабы вам не отступить от Бога живого. Но наставляйте друг друга каждый день, доколе можно говорить: "ныне ", чтобы кто из вас не ожесточился, обольстившись грехом. (Евр. 3:12-13)

Здесь мы слышим о том, что взаимное наставление служит средством от ненависти, неверности сердца и обольщенности разума. Похожим образом Новый Завет предоставляет взаимное назидание в качестве Божественной охраны от умышленного греха:

Будем внимательны друг ко другу, поощряя к любви и добрым делам. Не будем оставлять собрания своего, как есть у некоторых обычай; но будем увещевать друг друга, и тем более, чем более усматриваете приближение дня оного. Ибо если мы, получив познание истины, произвольно грешим... (Евр. 10:24-26)

И хотя множество служителей неоднократно использовали этот отрывок, чтобы подчеркнуть важность «посещения церкви», они не раз наивно игнорировали остаток отрывка. Этот отрывок говорит о том, что взаимное наставление (а не прослушивание проповедей с кафедры) является основной целью собрания церкви. И взаимное назидание служит Богом определённым средством от умышленного (совершаемого по нашему произволу) греха.

По моему мнению, мы игнорируем полноту учения этого отрывка себе же во вред. Причина тому проста: наше духовное благополучие зиждется на совместных собраниях, отличающихся взаимным взаимодействием каждого из членов.

Проявление Христа в Его полноте

Греческий термин для слова церковь - экклесия. На деле он означает «собрание», что хорошо согласовывается с преобладающей мыслью посланий Павла о том, что Церковь - это Христос, проявляющий Себя через сообщество. (1 Кор. 12:1-27; Еф. 1:22-23; 4:1-16).

С человеческой точки зрения, целью церковных встреч является взаимное назидание. Однако, с Божьей точки зрения, цель церковных собраний заключается в выражении Своего славного Сына и явлении Его в обозримом виде. (Церковь - тело, а Христос - Глава. Цель тела в выражении той жизни, которая находится в нём).

Другими словами, мы собираемся вместе, чтобы Господь Иисус мог проявить Себя во всей Своей полноте. И когда это происходит - Тело созидается.

Заметим, что единственный способ, как можно выразить Христа правильным образом, так это в том случае, когда каждый член церкви свободно привносит в Его Тело ту часть, которую он получил. Не стоит заблуждаться по этому поводу: господь Иисус не может быть всецело явленным лишь посредством одного члена. Он слишком богат в Своих выражениях, чтобы быть сведенным до таких крайностей. (Еф. 3:8).

Итак, если рука не функционирует в собрании, Христос не будет явлен в полноте. Таким же образом, если глаз решит остаться бездейственным, Господь будет ограничен в Собственном откровении. С другой же стороны, когда все члены поместного сообщества функционируют в собрании, Христос является миру. Он становится видимым. Почему же так? Потому что Он собран среди нас.

Это похоже на пример головоломки паззл. Когда каждый кусочек головоломки находится на своём месте и во взаимосвязи с остальными кусочками головоломки, паззл собран и предстаёт перед нами как единая картина. Точно так же со Христом и Его церковью.

Наивысшей целью церковного собрания, в таком случае, становится явить невидимого Христа, сделав Его обозримым благодаря Его Телу. Иными словами, мы собираемся вместе, чтобы снова собрать Господа Иисуса Христа на земле. Когда это происходит, не только Христос прославляется в Своих святых и не только каждый член получает назидание, но еще и что-то важное происходит в невидимом измерении: власти и начальства поднебесной получают посрамление!

Павел говорит нам о том, что многообразная мудрость Божья является через Церковь духовным силам зла в поднебесной. Через открытые к всеобщему участию встречи, Церковь демонстрирует другим сферам бытия то, что Иисус Христос - воплощение Божьей мудрости достаточно жив и действенен, чтобы вести за Собой падшую расу существ, некогда бывших врагами Божьими. Это приносит Богу большую славу. Всё это является ключевым аспектом Его вечной цели. Вот как об этом говорит Павел:

Христос - Божья сила и Божья премудрость. (1 Кор. 1:24)

... дабы ныне соделалась известною через Церковь начальством и властям на небесах многоразличная премудрость Божия, по предвечному определению, которое Он исполнил во Христе Иисусе, Господе нашем... (Еф. 3:10-11)

Потому что наша брань не против крови и плоти, но против начальств, против властей, против мироправителей тьмы века сего, против духов злобы поднебесной. (Еф. 6:12)

Открытые для всеобщего участия встречи не исключают идею планирования. Они вовсе не должны быть лишенными порядка. В 1 Кор. 14, Павел излагает ряд достаточно общих требований, предназначенных для того, чтобы встречи проходили благопристойно и чинно.

В сознании Павла не существовало противоречий между открытым для всеобщего участия собрания и порядком, способным быть церкви в назидание. Порядок встреч органичен. Он является результатом того, что каждый член говорит для назидания всего тела.

Что же касается содержания, нужно сказать, что встречи были сосредоточены на Христе. Каждое сказанное слово проливало свет на Его характер. Каждая песня приносила славу Ему. Каждая вознесённая молитва обращалась к Нему. Всё внимание собрания устремлялось к Нему. По мере того как церковь переживала живущую в ней жизнь Христа на протяжении недели, первые христиане собирались вместе, чтобы разделять эту жизнь друг с другом.

В этом отношении встречи ранней церкви служили дополнением, естественной развязкой жизни церкви. Они были тем местом, куда выплёскивался избыток духовной жизни, которая разделялась членами церкви.

Бывало ли так, что вы получали откровение о Господе или же переживали Его действие на деле в такой мере, что вы думали, что не сможете вынести напряжения, если не расскажите об этом другим? Если так, то представьте себе, что бы было, если бы вся церковь переживала подобное.

Именно в этом и сокрыта основная идея собраний церкви: позволить этой духовной жизни вырваться наружу так, чтобы тем самым благословить всех собравшихся. Так же как и участники Троицы, самозабвенно отдают свою жизнь друг другу, так и члены церкви совершают то же самое, когда собираются вместе на своих встречах.

В этом отношении участвовать в собрании новозаветной церкви означало отдавать больше, чем получаешь. В отличие от распространённой в наше время практики, христиане первого века не посещали «служения», чтобы на них получить нечто от особого класса специалистов - «духовенства». Они встречались, чтобы служить своим сёстрам и братьям, передавая им частичку жизни Господней. Поступая так, они искали возможности созидать церковь. (Рим. 12:1-8; 1 Кор. 14:26; Евр. 10:24-25).

Вопрос движущей силы.

В типичной учрежденческой церкви религиозный механизм церковных программ является движущей силой питающей церковь в совершении церковных богослужений. Следовательно, если Дух Господень решит оставить обычную учрежденческую церковь, Его отсутствие вряд ли останется замеченным.

Программа по схеме «всё как обычно» будет продолжать своё дело. Программа поклонений останется незатронутой. Литургия не пошатнётся. Проповедь будет произнесена, молитвы, и славословия будут вознесены. Подобно Самсону, конгрегация продолжит свой путь в соответствии с религиозной программой, не заметив, что «Господь отошел» от неё. (Суд. 16:20)

Для сравнения необходимо заметить, что единственной движущей силой собраний ранних христиан была жизнь

Святого Духа. Ранние христиане были лишены духовенства, программ и ритуалов. Они всецело полагались на духовную жизнь каждого из членов для поддержания существования и качества их собраний.

Таким образом, если духовная жизнь церкви находилась на спаде, это становилось заметным всем в собрании. Никто не мог оставить незамеченным холодные взгляды и равнодушную тишину. Что ещё важнее, если бы Дух Божий оставил церковь, то она бы и вовсе развалилась.

Проще выражаясь, церковь первого века не испытывала никакого иного движущего и мотивирующего влияния, кроме действия Святого Духа. Она не полагалась на ведомые духовенством, определяемые человеческими программами, подкреплённые учреждениями системы, способные сохранить её потенциал.

Скиния Моисея идеально иллюстрирует тс церкви, которые поддерживаются за счёт существования организации, а не движимы жизнью Божьей. Когда Божье присутствие оставляло священную скинию, сама скиния становилась не чем иным, как пустой обёрткой впечатляющих размеров и вида. И хотя Божья слава отошла, поклонники продолжали приносить свои жертвы в пустой скинии, не замечая отсутствия Бога в ней (1 Пар 16:39-40; 2 Пар. 1:3-5, Иер. 7:12-14).

Таким образом, недостаток учрежденческой церкви заключается в том, что она опирается на созданную человеком, движимую программами религиозную систему, служащую для поддержания структуры «церкви» на случай отсутствия Святого Духа. Эта трухлявая система скрывает от нас тот факт, что когда спонтанная жизнь Иисуса Христа покидает собрание верующих, это собрание перестаёт быть и действовать как церковь во всех её библейских аспектах - хотя сама внешняя форма может остаться нетронутой.

Клерикальное возражение

Хотя Новый Завет описывает встречи ранней церкви как открытые для всеобщего участия и спонтанные, многие представители современного духовенства не позволяют проводить такие встречи в наши дни. Клерикальное возражение по этому поводу чаще всего звучит следующим образом: «Если я позволю своей общине проявлять свои дары на открытых собраниях, у нас воцарится хаос. У меня не остаётся иного выхода, кроме как контролировать ход богослужений - чтобы люди попросту не вышли за рамки дозволенного».

Другие же признают: «Я как-то пытался проводить открытые собрания со своей общиной. Попросту ничего из этого не вышло».

Эти возражения свидетельствуют о большом пробое в понимании Божьей экклесиологии.

Во-первых, мы видим склонность полагать, что у служителя есть сила и право «разрешать» или «запрещать» своим собратьям функционировать в собрании Божьего народа. Такая склонность основана на искаженном понимании вопроса власти. (Мы рассмотрим данный аспект во второй части книги). Никакой человек не имеет права разрешать или запрещать функционировать верующему священству, практиковать дары, данные ему Духом. К тому же, никто не может называть Божий народ «своим народом».

Во-вторых, то предположение, что хаос воцарится, как только контроль духовенства будет снят, свидетельствует о том, как мало надежды мы полагаем на контроль Святого Духа. Это также свидетельствует о недостатке уверенности в народе Божьем, что в свою очередь противоречит идее Нового Завета (Рим. 15:14; 2 Кор. 2:3; 7:6; 8:22; Гал. 5:10; 2 Фес. 3:4; Фил. 21; Евр. 6:9).

В-третьих, та идея, что церковные собрания превратятся в шум и гам, в котором будут участвовать все, кому не лень, попросту неверна. Однако, она порождаема крайне важной мыслью: Божий народ должен быть правильно оснащён, чтобы функционировать под главенством Христа.

Сказав всё это, позвольте так же поделиться искренним наблюдением: если пастор решится внедрить открытые встречи в своей церкви, я вполне могу понять, почему из этого может ничего не выйти. Причина тому проста - он, скорее всего, не подготовил Божий народ для того, чтобы действовать иод главенством Иисуса Христа.

Христиане не становятся подготовленными, молча сидя на месте и слушая проповеди неделя за неделей. Вместо этого Божьи люди оснащаются христианскими служителями, способными научить их, как пребывать в общении с Господом и как действовать в контексте группы верующих. Такие служители подготавливают святых (Еф. 4:11-16). После чего, они делают то, на что не отваживается никто из современных пасторов - они оставляют церковь саму по себе (Деян. 13-20).

Открытые собрания при всеобщем участии всех членов не всегда будут столь же официальными и чопорными на вид, как и собрания в традиционных церквях, которые проходят в безупречном соответствии с тем, что напечатано в церковном бюллетене. Однако они в большей мере отражают полноту Христову, нежели какие-либо подготовленные человеком мероприятия.

На встречах церкви, происходящих по примеру встреч новозаветных верующих, могут возникать моменты, когда кто-либо выносит во всеуслышание нечто не полезное. Это в особенности касается начальных этапов развития молодой церкви. Однако противоядием для таких действий является вовсе не запрет на открытое участие каждого. Тех членов, которые излишне выпячивают себя и предоставляют телу служение, которое его не назидает, нужно исправлять. На этапах формирования эта функция в основном является ответственностью того, кто начал эту церковь. Позже она переходит к тем людям, которые старше и более опытны в собрании (См. главу 9).

Вспомним, что произошло, когда Павел столкнулся с беспорядком и неразберихой в коринфской церкви. Апостол в ответ на это не стал запрещать участие на встречах и прописывать ход литургии. Также он не стал прибегать к помощи людей-организаторов. Вместо этого он передал своим собратьям определённые, достаточно общие рекомендации, которые бы помогли соблюсти порядок и взаимное назидание в собрании (1 Кор. 14:1 и далее).

Более того, Павел был уверен, что церковь прислушается к данным рекомендациям. Это демонстрирует нам очень важный принцип. Каждая церковь в первом веке имела в своём распоряжении помощь путешествующего апостольского служителя, который помогал ей проходить наиболее распространённые проблемы и трудности. Иногда помощь этого служителя выражалась в письменном виде в форме посланий. В другие моменты, церковь получала помощь во время личных посещений служителя.

Сегодняшние служители предоставляют подобного рода наставления церквям, переживающим затруднения в своих собраниях. Эти рекомендации задуманы таким образом, чтобы вернуть происходящее на собраниях обратно, под контроль Святого Духа, а не в руки сильных личностей.

Когда даются такие наставления и церковь прислушивается к ним, отпадает необходимость в человеческом руководстве и организации, жестких правилах литургии или же планах проведения собраний. Опять-таки, мы видим, что тенденция отвергать тот стиль встреч церкви, которого придерживалась ранняя церковь, выдаёт наш недостаток доверия Святому Духу.

Прошу прощения за личный пример, однако за все те годы, когда я работал с органическими церквями, я ни разу не чувствовал побуждения вернуться обратно к литургии, обрядам или же официозу. Моё служение, в большинстве своём, заключается в оснащении Божьих людей к действию. Сюда относится как помощь тем, кто привык проявлять чрезмерное участие, чтобы они научились уступать другим, так и поощрение к участию тех, кто участвует недостаточно, чтобы они посвящали себя в большей мере.

В книге Чисел, глава 11, в первый раз в Библии упоминается о клерикализме. Два служителя Господни - Элдад и Модад, получили Святого Духа и стали пророчествовать (ст. 26-27). В своей резкой реакции ревностный юноша просит Моисея «запретить им» (ст. 28). Моисей, в ответ на это, упрекает юношу, говоря о том, что он бы желал, чтобы все Божьи люди имели Святого Духа и пророчествовали.

Желание Моисея было исполнено в день Пятидесятницы (Деян. 2:17-18). Оно продолжало находить своё воплощение на протяжении всего первого века (Деян. 2:38-39, 1-е Кор. 14:1, 31). К сожалению, в Царстве Божьем всегда было предостаточно желающих запрещать таким, как Элдад и Модад служить в доме Господнем.

Главенство и господство

Библия проводит чёткое различие между главенством и господством Христа. Во всём Новом Завете, главенство Христа почти всегда упоминается в непосредственной связи с Его взаимоотношениями со Своим Телом (Еф. 1:22-23; 4:15; 5:23; Кол. 1:18; 2:19). Господство же Христа практически всегда связанно с Его взаимоотношениями с Его индивидуальными последователями (Мф. 7:21-22; 10:24-25; Лк. 6:46).

Главенство для церкви является тем же, чем является господство Христа для каждого верующего. Главенство и господство являются двумя аспектами одного и того же вопроса. Главенство это господство Христа, явленное в жизни общины верующих.

Это различие важно для нашего понимания, поскольку оно проливает свет на проблемы практики церкви сегодня. Слишком часто среди христиан много говорится о господстве Христовом, и мало понимания есть о том, чем является главенство Христа. Верующий подчиняется господству Иисуса Христа в его личном духовном хождении. Он послушен тому, что понимает в Писании. Он проводит время в молитве. Он живёт самоотверженно. Однако, в то же время, может оказаться так, что он ничего не знает о совместном служении, взаимном подчинении, искреннем общении или же коллективном свидетельстве.

В конечном счёте, можно сказать следующее - подчинение главенству Иисуса Христа означает подчинение Его воле, касающейся жизни и практики церкви. Это значит подчиняться тому, каким Бог задумал функционирование своей Церкви, и практиковать этот замысел.

Подчинение главенству Христа воплощает новозаветную реальность, заключающуюся в том, что Иисус не только лишь Господин каждого верующего по отдельности, но также и действующий Глава Своей Церкви.

Мой друг и наставник Стивен Каунг очень хорошо выразил это, сказав:

Люди верят в то, что Слово Божье показывает им, как жить и поступать в их жизни перед Богом, однако они думают что, когда дело касается их жизни как общины, Бог как бы говорит: «Ну, тут уж вам решать. Поступайте, как знаете ». Именно это мы наблюдаем в современном христианстве. Отсутствуют принципы, которые определяли бы нашу коллективную жизнь - все поступают так, как сами считают правильным. Однако, дорогие братья и сестры, спасение - дело личное, но призвание - дело общинное. В Божьем Слове содержится столько же учения и примеров касательно нашей общинной жизни, сколько и относительно нашей личной жизни.

Я убеждён, что именно по этой причине современные евангельские верующие воспринимают доктрину священства верующих лишь на информативном уровне. Они не смогли применить её на практике, из-за вкрадчивого вмешательства в жизнь церкви крепко засевших традиций.

Как же это выгладит сегодня?

За последние двадцать лет мне выпала честь посетить сотни открытых к всеобщему участию церковных встреч. От некоторых из них просто дух захватывало. Эти встречи навсегда запечатлелись в моей памяти. Прочие не отличались ни чем особенным. Некоторые были просто катастрофой. Были и такие, о которых не хочется и вспоминать!

В то время как «церковные богослужения» учрежденческих церквей в большинстве своём «отрежиссированы до безупречности», встречи в органических церквях будут отличаться друг от друга в зависимости от духовного состояния и подготовки каждого члена.

В этом и заключается одна из задач апостольского работника. А именно оснащать людей для совместного взаимодействия в свободных, но не лишенных порядка встречах, проявляющих Христа в Его полноте.

За все те годы, когда я участвовал в жизни органических церквей и занимался их насаждением, я понял, что не существует способа чтобы в точности объяснить, как же выглядит собрание, проходящее под главенством Христа, тем людям, которые никогда этого не видели. Всё же я изо всех сил постараюсь предоставить вашему вниманию описание того собрания, которое даст вам возможность понять насколько удивительной может быть такая встреча.

Однажды вечером, около десяти лет тому назад, церковь, состоящая приблизительно из двадцати пяти христиан собралась вместе у кого-то дома. К тому моменту я провёл уже полтора года, служа этой группе во Христе, проводя для них раз в две недели «апостольские встречи». Целью этого служения было оснастить эту группу верующих, чтобы они могли действовать сами - без какого-либо человеческого главенства.

И вот, этот день настал. Церковь должна была провести свою первою самостоятельную встречу. Я не должен был присутствовать на этой встрече. Однако, я тайком проник в комнату, так, чтобы остаться абсолютно незамеченным, и спрятался за диваном. (Я был убеждён, что если бы меня заметили на этой встрече, то это повлияло бы на то, как верующие бы себя вели. Именно так происходит, когда человек, начавший церковь сам присутствует не её собраниях - особенно в ранние годы жизни этой церкви).

Верующие собрались вместе и начали встречу пением. Пение проходило без инструментов. Одна из сестёр попросту начала с того, что запела песню. Все стали петь вместе с ней. После чего, одна за другой, стали звучать спонтанные молитвы. После чего, кто-то из братьев начал ещё одну песню. К этому моменту все присутствовавшие уже пели стоя. Прозвучало ещё несколько молитв, а потом ещё несколько песен. Во время пения некоторые делились короткими ободрениями, связанными с текстами песен. Само слово «движение» не способно передать происходившего на этой встрече. Тут не было лидера прославления. Все принимали участие, прославляя Бога открыто и ненавязчиво.

После некоторого времени, проведенного в пении стоя, все сели. Сразу же после этого одна из сестёр поднялась и стала свидетельствовать. Она рассказала о том, как Христос был для неё живой водой на прошлой неделе. Она зачитала несколько стихов из 4-й главы Ев. Иоанна. После того, как она прочла отрывок двое других сестёр прервали её и поделились идеями, касательно прочитанного отрывка, развивая ту же тему. Однако, то, что они говорили о Христе отличалось от слов первой сестры.

Когда же первая сестра закончила свою мысль, кто-то другой поднялся и начал говорить. Он так же говорил о том, что Господь - это источник живой воды, но он ссылался на отрывок из Откровения 22. Он говорил несколько минут, после чего поднялась ещё одна сестра и дополнила к тому, что уже было сказано. Так всё продолжалось на протяжении около часа. Один за другим, без перерывов, братья и сёстры обменивались своим духовным опытом жизни с Господом Иисусом. Все они свидетельствовали о Нём, как о живой воде.

Некоторые люди рассказывали стихи, некоторые говорили о текстах песен, третьи - рассказывали истории, зачитывали отрывки из Писаний, возносили свои молитвы.

Когда я лежал и слушал всё это, прячась за диваном, я не мог сдержать слёз. Всё это так глубоко коснулось меня, что я стал рыдать. Это собрание было просто потрясающим. Казалось, что в двери комнаты ворвался поток, вышедшей из своих берегов реки, и его нельзя уже остановить. Я чувствовал Господне присутствие и благодать. Общение было насыщенным, богатым, живым и животрепещущим. Я жалел о том, что не взял с собой блокнот, чтобы записать те славные мысли, которые звучали в собрании. Многие эти мысли блистали необычайной глубиной. Я же просто слушал потрясённый до глубины души.

Было удивительно то, что никто не вёл собрание. Не было организатора или же руководителя (я имею в виду, никто из людей не делал этого). Собрание было необычным образом подчинено Христу и сосредоточено на Нём.

После того собрание постепенно подошло к концу, и тогда кто-то поднялся и стал петь. Вся церковь встала и присоединилась к пению. Когда все пели, я выскользнул из комнаты. Тогда лишь несколько человек заметили это. При встрече с этой церковью на следующей неделе я рассказал им о том, что тайно присутствовал на их последней встрече. Как оказалось, церковь готовилась к той встрече. Они разделились по парам и на неделе совместно искали Господа, готовясь к предстоящему собранию. В результате этого и произошел этот коллективный взрыв духовной жизни, явивший Иисуса Христа в чинности и порядке, через всех собравшихся членов Его тела.

Пожалуйста, поймите, что эта группа христиан могла бы проводить свои собрания подобным образом, еще, когда я только начал свои встречи с ними. Однако в то время большинство из них привыкли к пассивности и тишине. Те, у кого был характер посильней, обычно доминировали на встречах. Однако, через полтора года, после практических наставлений подготовки и духовного служения, они стали оснащены, чтобы познавать Господа коллективно, действуя слажено, открывая свои уста и сердца, и делясь живым Христом в чинности и порядке. В результате этого Бог славился и превозносился.

Я мог бы привести множество примеров такого рода встреч и того, что мне пришлось пережить на них. Я, однако, верю, что теперь у вас появилось понимание того, как в наши дни может проходить встреча церкви под главенством Иисуса.

Вопросы для размышления:

■ Отражают ли наши современные церковные собрания, в большинстве случаев построенные вокруг проповеди одного человека и программы музыкального поклонения под руководством «группы прославления», основные принципы жизни церкви Нового Завета или же они им не соответствуют? Объясните свой ответ.

■ Почему открытые для всеобщего участия всех членов собрания подходили для встреч верующих в первом веке, и не подходят для встреч верующих сегодня? Объясните свой ответ.

■ Предоставляет ли ваша церковь какие-либо возможности встречаться так, чтобы у вас был шанс поделиться со своими братьями и сёстрами по вере тем, что Бог делает в вашей жизни в атмосфере открытости и непринужденности, без присутствия человеческого руководства? Объясните.

■ Является ли ваша настоящая практика церкви выражением полного главенства Иисуса Христа или же она отражает факт главенства человека в собрании? Пожалуйста, объясните свой ответ.

Переосмысливая Вечерю Господню

Самый очевидный и самый глубокий способ физического воплощения взаимодействия и общения группы состоит в совместном принятии пищи. Слово «deipnon» (1 Кор. 11:20), означающее «ужин», говорит нам о том, что это не было символическим принятием пищи (каковым оно стало позже), или же частью процесса совместного принятия пищи (как некоторые полагают), но целиком и полностью являлось процессом совместного принятия пищи.

— Роберт Бэнкс

Вечеря Господня, описанная в Новом Завете является трапезой. Подходящим место проведения таинства является обеденный стол, а подходящим положением для участия в таинстве, как для людей западной культуры, будет положение сидя.

— И. Говард Маршал

Подумаем о том, как ваша церковь принимает участие в Вечере Господней. (Вы можете называть её евхаристией, святым причастием или же хлебопреломлением). В зависимости от вашего религиозного прошлого вы практикуете хребопреломление либо еженедельно, либо ежемесячно, либо периодически от случая к случаю. Если вы христианин протестантского толка, Вечеря Господня для вас обычно представляет собой маленький стаканчик виноградного сока (или вина) и маленький кусочек хлеба.

В этой главе мы рассмотрим то, как ранние христиане принимали Вечерю Господню, и что она значила для них. Вне всяких споров, Вечеря занимала крайне важно с место в жизни ранней церкви. Это заметно из того, что они принимали участие в ней регулярно. Церковь в Троаде совершала её еженедельно (Деян. 20:7). Церкви в Иерусалиме и церковь в Коринфе устраивала её регулярно (Деян. 2:42; 1 Кор. 11:20-21, 33). И Сам Иисус твёрдо заповедовал не пренебрегать Вечерей (Лк. 22:19-20).

Причина, почему Вечеря Господня занимала столь важное место в жизни ранней церкви, заключается в том, что она служит воплощением основных отличительных черт христианской жизни. Давайте рассмотрим некоторые из них.

Преломление хлеба

Вечеря Господня включает в себя преломление хлеба (Мф. 26:26; 1 Кор. 10:16). Преломление хлеба показывает человечность Иисуса. Сын Славы принял на Себя обличие слуги. Всевышний смирил Себя и стал Человеком.

Хлеб - самая обычная и самая простая пища из всех - говорит нам о смирении и доступности нашего Господа. Приняв на Себя образ человека, Иисус стал доступным для всех - так же как и хлеб является пищей, доступной каждому - будь то богатому или бедному.

Преломление хлеба так же напоминает нам о кресте, на котором на котором было ломимо Господне Тело. Хлеб пекут из перемолотых в муку зёрен. Вино получают из давленого винограда. Оба эти элемента отражают смерть.

Однако, преломление хлеба рисует не только картину смерти Христа. Оно также свидетельствует нам о Его воскресении. Пшеничное зерно попало в почву. Но теперь оно живёт другой жизнью, способной произвести множество новых зёрен, похожих на него (Ин. 12:24). Принимая плоть Христа и Кровь Христа за Вечерей мы принимаем Его жизнь (Ин. 6:53). Это - принцип воскресения - жизнь, явившаяся из смерти.

Откровение воскресшего Христа так же связанно с преломлением хлеба. Когда воскресший Господь принимал пищу вместе со своими учениками, Он так же преломлял с ними хлеб (Ин. 21:13). Таким же образом, воскресший Христос явился двоим людям, по дороге в Эммаус. Однако их глаза не узнали Его, пока Он не преломил хлеб (Лк. 24:30-32).

Преломление хлеба так же является свидетельством открытости Тела Христова. Вспомним о том, что на своих встречах ранние христиане преломляли одну буханку хлеба. Павел пишет: «... Один хлеб, и мы, многие - одно тело; ибо все причащаемся от одного хлеба» (1 Кор. 10:17).

Вечеря любви

В отличие от сегодняшней практики ранняя церковь практиковала Вечерю Господню в контексте обычной трапезы. Когда Иисус впервые учредил Вечерю, она была совершена во время празднования Пасхи (Лк. 22:15-20). Можно сказать, что пасхальная вечеря была предтечей Вечери Господней.

В 1-м Коринфянам, глава 11 чётко сказано о том, что ранние христиане собирались, чтобы есть Вечерю, как обычный приём пищи. Некоторые люди в Коринфской церкви не дожидались, пока придут все. В результате чего те, кто приступал к пище ранее, к концу встречи объедались, а те, кто приходил позже - оставались голодными. К тому же коринфские верующие ещё и напивались на Вечере (1 Кор. 11:21-22, 33-34). А теперь подумаем вот о чём: могло ли такое случиться, если бы Вечеря была сведена до напёрстка вина и кусочка хлеба?

Слово, которое в Новом Завете использовано для описания «Вечери», буквально означает ужин, приём пищи или банкет. Греческое слово «стол» подразумевает стол, с накрытой на нём праздничной едой (Лк. 22:14; 1 Кор. 10:21). Для христиан в первом веке Вечеря Господня была именно Вечерей. Это было праздничным приемом пищи - совместным ужином, в который так же входили преломление хлеба и вино. Это было причастие святых, разделяющих трапезу за одним столом. Семейный праздник. Общение за ужином.

Таким образом, те христиане, которые были более состоятельны в финансовом отношении, проявляли свою любовь и заботу о братьях и сёстрах, которые переживали финансовые затруднения в жизни.

Всё это происходило наперекор Греко-Римским нормам повеления, которые требовали четкого проявления, и соблюдения классовых различий при принятии пищи. Однако среди христиан всё было иначе. Во время Вечери ранние верующие показывали своё единство и общность, игнорируя социальные различия, вызванные статусом и расой. Возможно, именно поэтому ранняя церковь называла Вечерю «агапэ» - или же «Вечеря любви» (2 Пет. 2:13; Иуды 12).

К сожалению, столетия церковной практики сделали сегодняшнюю урезанную версию Вечери событием, столь отдалённым от того, каким оно было в первом веке". Как говорит об этом известный учёный Эдуард Швейцер:

...практика разделения таинства и братской трапезы превращает первое в странный, почти, что языческий обряд, абсолютно лишенный своего «телесного» воплощения в контексте самой жизни его участников

Следовательно, общинное значение хлебопреломления для нас во многом утеряно. Теперь это уже не «Вечеря Господня». Сегодняшнюю версию этого события было бы правильнее назвать «спасительный пробник», «назарейские крохи» или же «закуска Господня». Простите за каламбур, но действительно ли мы можем называть кусочек хлеба и глоток сока (или вина) Вечерей?

Трапеза завета

Общие воспоминания делают нас единым народом. Разделяя общие воспоминания, группы людей приобретают чувство особенности, идентичности и принадлежности. Одной из возможностей для группы людей поделиться общими воспоминаниями является общая трапеза. Хорошим примером этого в американской культуре является День благодарения. Семейные встречи, год


Содержание:
 0  вы читаете: Виола Ф. Переосмысление церкви : Френк Виола    
 
Разделы
 

Поиск

электронная библиотека © rumagic.com